Ректор академии Хистерион снялся со своей должности и когда его клятва, данная Аларии Фэйр, закончила свое действие, самолично отправился к королю, каяться в содеянном. Что с ним стало? Никто не знает, но для всех он испарился с лица земли.
Рентар Беруаш оттащил Барьена к его родителям и предоставил веские доказательства всех содеянных им грехов. Парня ждала незавидная участь. Он забыл о своей беззаботной жизни и поступил в академию стражей. Теперь перед ним была лишь одна дорога – охранять стены королевского замка.
Бьянка со своей матерью, покинули наше государство, возвращаясь на эльфийские земли. Они смогли остаться безнаказанными, но я считала, что наказание эти две клуши все же получили. Бьянка – разбитое сердце, а ее мать – вот такую бестолковую дочь, с которой никакой каши не сваришь.
Прошло три месяца с того страшного дня, но маме я до сих пор ничего не рассказала. Не хотела расстраивать ее. Да и зачем? Все же закончилось хорошо.
– А-а-ах… – услышала я, выходя из портала и смотря на то, как брат, вжимая воздушницу в стену, двигал задницей между ее разведенных ног.
– Ну вот, – хмыкнул Кенар, да еще так громко, словно специально, – я же тебе говорил. А ты не верила!
– Твою… – выругался Тахир. – Вы ополоумели оба?!
– Братик… – замямлила я, сгорая со стыда. – Я просто… просто потеряла тебя…
– Будьте любезны! Свалите оба! – взревел он, закрывая собой Нерину.
– Да уходим мы, – заржал Кенар, от чего мне захотелось треснуть ему чем-нибудь, – уходим…
– Дочь! – быстрым шагом направлялся ко мне отец, который после того вечера собрал весь высший свет и объявил во всеуслышание, что у него есть прекрасная дочка, которую он сильно обидел и готов всю оставшуюся жизнь вымаливать у нее прощение, только бы я простила его и дала хотя бы надежду.
– А где твой брат?
– Он сейчас немного занят, – кашлянула я, толкая огневика локтем в бок.
– Я так понимаю, что скоро и сына будете женить, – вставил он свое слово.
– М-да? – вздернул брови главный маг городской гильдии. – Ну, если на Нерине, тогда я только за!
Чуть позже я шла вдоль усыпанной белыми лепестками роз тропинке, направляясь к тому, кто смотрел на меня с необъятной любовью во взгляде – Кенару.
Он стоял на небольшом возвышении под увитой цветами аркой, сцепив руки в замок.
– Успокойся… – шепнул отец, который все таки смог уговорить меня на сопровождение к алтарю. – Ты хмуришься… расслабься…
Мы проходили мимо приглашенных, которых было не так уж и много, только родные и близкие.
