Бред! Полный бред! Да, родители старше нас, гораздо больше познавшие, чем мы, дети, но ведь к нашему мнению тоже нужно прислушиваться, ценить то, что нам дорого, а не действовать ради своих амбиций, предавая самых дорогих сердцу людей…
Крики боли перешли на хрип, и я понял, что кое-кто сорвал себе голосовые связки.
Хотел, чтобы этот ужас закончился, чтобы мать замолчала, чтобы прекратила рвать мое сердце на части своим жалостливым видом.
И вот, словно боги услышали мои молитвы, все мгновенно закончилось.
Тело матери обмякло, падая на каменный пол. Родительница учащенно дышала, смотря только на меня. Из ее глаз текли слезы, настоящие слезы, ведь она понимала, что совсем скоро вся правда всплывет наружу и последует невосполнимая потеря – меня. Ведь я предупреждал ее…
– Рентар? – взволнованно позвала миссис Лерисса.
– Подожди, милая, пару секунд, – ответил он, держа в руках небольшую колбочку с плескавшимся светом внутри.
С тяжелым сердцем прикрыл глаза, понимая, как же сильно я устал.
Ноги едва держали мое тело. Испытывал эмоциональное выгорание, и единственное, чего мне сейчас хотелось, это забрать Кэрин, прижать ее к себе и, вдыхая запах любимой, проспать часов двадцать.
– Ну? Готовы? – Рентар повернулся к нам, смотря на меня и Кэрин. – Приступим?
Он ударил о пол склянку со светом, который стремительно вырвался наружу и метнулся вверх, преобразовываясь во вполне четкие картинки…
Я с силой сжал зубы, наблюдая за развивающимися событиями…
Вот мама, моложе возрастом, запускает свою руку в штаны ректора… его клятва молчания и верности… козни другим семьям из высшего общества, которые по ее вине лишились статусов… издевательства над слугами… и снова связь с ректором… заключение договора с матерью Бьянки, что я стану мужем для ее дочери… мастерски спланированный вечер, где она поливала грязью половину моей души… разговор с Бьянкой по магическому зеркалу, где мать уверяет девушку, что Кэрин никогда не будет со мной и никакая вязь нам не поможет… вот ректор дает ей тот самый порошок Бирионы… встреча с Барьеном… вечер моего дня рождения, где мать грубо утаскивает Кэрин в портал, а потом дует ей в лицо этой гадостью, смотря на ее сопротивление с ехидством и уверенностью в победе…
Я не мог дышать… Столько боли и ярости одновременно… голова пошла кругом, воздуха не хватало и только присутствие Кэрин удерживало меня от магического выброса…
– Кенар! – прохрипела мать, так и продолжая лежать на полу.
