У Степаниды имелись две дочери, Маргарита и Анна. Обеим нравился Сережа.
– И не против бы была, – откровенничала Степанида, – обеспеченный он, при квартире, еще дача у них, дом – полная чаша. Только я ведь толкусь в семье и все знаю. Мать у Сережи сумасшедшая, Петр Фадеевич тоже странный, а ну как дети народятся больные?
– А от меня вы чего хотите? – насторожился Артем Иванович.
– Так я знаю, что Сергей у тебя лечился, вот и скажи, совсем он сумасшедший или нет? Может, мне девок к бабке в деревню отправить? Совсем разума лишились, боюсь, переругаются из-за парня!
Бекасов, естественно, ничего о Кузьминском рассказывать не стал, он только спросил:
– Сколько лет вашим дочерям?
– Ритке пятнадцать, а Аньке тринадцать.
Анька, ладно, и впрямь мала еще, а Ритка… Ты бы на нее поглядел, на все восемнадцать тянет: грудь во, жопа колесом. Я их тут в комнате застала, обжимались вовсю! По бумаге ребенок, а в глазах черти скачут!
Целый час Артем Иванович провел со Степанидой, пока наконец сумел избавиться от назойливой тетки, с крестьянской прямотой вопрошавшей: «Так что? Сумасшедший он или как?»
Доктор с трудом от нее отделался, но история имела продолжение.
В начале шестидесятых Артем Иванович отправился летом в Сочи, на теплое море. В первый же день, выйдя на пляж, он наткнулся на… Сергея Кузьминского. Бывший пациент, возмужавший, сидел на лежаке. Артем Иванович сразу узнал парня, а тот его нет.
Впрочем, Сергей его даже не заметил. Он целиком и полностью был поглощен тоненькой девушкой, лежавшей на полотенце. Спустя некоторое время по обрывкам разговоров Бекасов сообразил, что Кузьминский несколько дней назад женился и сейчас проводит в Сочи медовый месяц.
Решив не конфузить бывшего пациента, Артем Иванович хотел уже сменить место, но тут с огромным удивлением увидел Степаниду, подошедшую к парочке.
– Мама, постереги вещи, – попросила девушка, – мы купаться пойдем.
– Долго в воде не сидите, – буркнула бабища.
– Я сам за женой прослежу, – довольно зло отозвался Сережа.
– Сами с усами, – хрюкнула Степанида, – ишь какой! Для дочери мать главнее! Ей меня слушаться надо.
– Мама, не начинай, – сердито сказала девушка.
– Ему скажи, чтоб ко мне не цеплялся, – дернула головой Степанида.
Сережа, побледнев, потянул жену за руку.
Парочка побежала к кромке прибоя.
