Была бы на моём месте Мария Петровна, она бы тебе сказала, она бы тебя подвинула. Эта даже памятник допечь может, а я… Расплакаться что ли?
– Иди, – устало повторил дозорный, скривился.
– А вот и уйду. Возьму, и уйду. А вы оставайтесь. Подыхайте.
– Слышь! – возмутился воин. – Ты варежку‑то прикрой! Кликуша!
Косарь, не проронивший до этого момента ни звука, вступился. Правда, не за меня…
– Пойдём. Видишь – не нашего ума дело, без нас разберутся.
Дозорный глянул на верзилу с благодарностью.
А может действительно послать всё к чертям собачьим? Ну превратят горанцев в фарш и что? Я им кто? Ангел – хранитель? Нет.
С совестью своей договорюсь как‑нибудь. Зато потом, когда всё закончится, спокойно пойду в столицу, поклонюсь королю. Он мне дверку покажет, а Косарю мешок золота насыплет. И будем мы жить долго и счастливо, каждый в своём мире.
То, что после этого сражения Ремвид вооружится до зубов и пойдёт крушить соседей – меня тоже не касается. Пусть хоть боевую авиацию осваивает, хоть ядерное оружие.
Одним миром больше, одним меньше – какая разница?
– Настя? – Косарь привычно выдернул из раздумий.
– Да, ты прав. Не наше дело. Пусть сами разбираются.
Я перехватила повод вороной, поставила ногу в стремя, когда дозорный заорал:
– Настя?!"
"Я даже вздрогнула от неожиданности.
Мой недавний собеседник стоял с отвисшей челюстью и часто моргал.
– Та самая Настя?! – выпалил он.
Вау! А я, оказывается, знаменита.
Косарю такая реакция не понравилась: вешенец побледнел и стиснул кулаки.
– Да пошли вы… – тихо пробормотала я, запрыгивая в седло.
– Погоди!
Дозорный подскочил, ухватил лошадь под уздцы и продолжил таращиться на меня. Глаза воина были по – прежнему круглыми, в них прожектором светилось любопытство. Я припала к гривастой шее и прошипела:
– Руки от лошади убери.
– Постой, Настя! – взмолился дозорный. – Что ж ты сразу не сказала? Погоди! Сейчас десятника позову, он к господину Рогору проводит!
Я стиснула зубы и прикусила язык.
Отчаянно хотелось послать дозорного куда подальше и самой убраться в аналогичном направлении. Судя по лицу Косаря, его желанья в точности совпадали с моими.
– Хорошо, – прорычала я. – Подожду.
Но ждать не пришлось. Вопль дозорного переполошил людей у ближайшего костра и десятник прискакал сам. Почему‑то поклонился. Пока воин наблюдал, как я спешиваюсь, прибежал ещё один вояка.
