Гамлет Самвелович поручил провести негласную проверку кандидата в сплочённый преступный коллектив. Доверенные люди первым делом навестили общежитие при пожарной части, поговорили с единственной на этаже словоохотливой соседкой. Затем через «уралмашевских» коллег вышли на южно-уральских спортсменов, накрыли им поляну в самом крутом ресторане Челябинска и обсудили детство и юность Тимура. Боксёров слегка пожурили… Нехорошо так подставлять нормальных людей. Хотя и фраеров.
Спрашивать про армейские годы прапорщика было не у кого, мотострелковый полк вывели из Германии куда-то за волгоградские степи.
Для собеседования с вором в законе вполне хватило добытой информации по личностным характеристикам соискателя. Хотя Тимур сам ничего не искал, но вполне подозревал о возможных проверках. Вопросы тамбовских к своим городским людям в погонах не принесли никаких ответов. Кантемиров оказался чист.
Бардак в стране сыграл на стороне засекреченного лейтенанта милиции и всей тайной операции внедрения. Тимур, сам того не ведая, прошёл серьёзный отбор в самую гущу перестройки бандитской структуры Санкт-Петербурга.
Когда камеру вывели на прогулку, Молдаванин ещё спал. Тимур решил поговорить с вором-домушником за последующим чаепитием. Как на воле, так и в тюрьме человек вполне может провиниться перед кем-нибудь. Проступки бывают разные — как и тяжёлые, так и мелкие, типа «наступил на ногу в троллейбусе». Извиняться надо в любом случае…
На воле могут спокойно закрыть глаза на некоторые проступки, а вот за тюремными стенами к этому вопросу относятся несколько нервно и гораздо строже — если не принести извинений за какой-нибудь косяк, то впоследствии можно легко получить серьёзные бубновые хлопоты.
А Студенту и так забот хватало…
В тюрьме простое человеческое слово «прости» не прокатит. Надо обязательно признаться в своей неправоте и попытаться как-то загладить принесённый моральный (или материальный) ущерб. Извиняться в тюрьме нужно только тогда, когда твоя вина неоспорима, и ты её сам признаёшь.
И лучше не оправдываться и не давать лишних объяснений своего проступка. Многословие в тюрьме не котируется, да и лишние подробности могут послужить поводом для дополнительной ответственности. Так что, лучше следить за своим базаром и не допускать новых оговорок.
Когда вышли из блока, к шеренге сидельцев подошёл конвоир из следственных кабинетов с бланками запросов в руках и сообщил выводному, что к арестанту Кантемирову прибыл адвокат.
