Потому что он до сих пор не мог понять, как приручить эту двадцатилетнюю женщину, которая смыслила в том, как завлечь мужчину, гораздо больше, чем Тоня.
- Она готова на всё, - сказал он, глядя на Лию.
Та повернулась к нему и пожала плечами.
- Не думай - я не хочу обидеть твою дочь, когда говорю, что она никому не запомнится. Просто сейчас такие времена. Во внешности должна быть изюминка. У меня она есть, но имеется ли у Нади?
Лия передёрнула плечами и, выпрямив спину, вновь отвернулась и стала смотреть за прозрачную преграду стекла.
- Впрочем, на Наде не стоит ставить крест, - сказала через время Лия.
Миша выдохнул. Сегодняшний день, когда он был вынужден обнажить перед Тоней самое сокровенное, стоил ему слишком больших нервов. Но не о себе был должен думать Миша, а прежде всего о Лие. Это она являлась будущей матерью его ребёнка, ей грозила потеря зрения, несмотря на которую она всё же пошла на то, чтобы выносить их сына.
- Всё же сможешь пристроить дочь? Я многое бы за это отдал, - поднявшись со своего места, он подошёл к любовнице и, положив руки ей на плечи, сжал.
Не слишком крепко, но ощутимо.
- Многое? - приподняв бровь, спросила Лия, повернувшись к нему.
- Тебе - всё, - усмехнулся он одним уголком губ.
Она приподняла очки, в глазах Лии разлилась темнота. Теперь из льдистых они превратились едва ли не в два чёрных бездонных колодца.
- Сначала тебе придётся разобраться с твоей женой.
Наверняка она захочет оттяпать половину, хотя, я этого и не понимаю. Если была нахлебницей всё это время - закон должен защищать прежде всего мужчину, а не ту, которая сидела на шее.
Она фыркнула и, сбросив руки Миши с плеч, направилась к выходу из комнаты.
- Тоня работает. Она не нахлебница, - предпринял он не слишком весомую попытку выгородить жену. Хотя, и сам не раз в разговоре с Лией рассказывал о том, что Тоня если и зарабатывает - то только себе «на булавки».
- О! Где она там работает? - всплеснула Лия руками. - Лепит какие-то свои поделки? И много ей это приносит? От силы на хлеб и кильку в томате. Так что помяни моё слово, Миша, эта женщина точно пойдёт на всё, чтобы выгрызть зубами половину бизнеса и имущества.
Лия начала входить в раж, Малинин это состояние уже знал. По Антонине любимая могла прохаживаться регулярно, хотя до сегодняшнего дня знала её лишь заочно.
