И хоть до этого момента в запасе было много времени, я понимала - секунды летят, словно кто-то разогнал стрелки часов до сверхзвуковых скоростей.
- Мам, ты бледная, - сказала Надя, которая пришла на кухню, чтобы взять перерыв в подготовке к ЕГЭ и выпить со мной чаю. - Наверное, тебе нужно уже перестать работать.
Она нахмурилась, глядя на меня. Наша квартира, которую мы покинули, переехав сюда, теперь была своего рода студией. Там я и пропадала, стараясь сделать как можно больше заказов, потому что понимала - сын впоследствии вряд ли позволит мне заниматься любимым делом столько времени, сколько я могу посвятить ему сейчас.
- Наверное, - согласилась я, снова начиная испытывать неясную тревогу. - Включи телевизор, хоть отвлечёмся.
Мы устроились за столиком на диване в гостиной. Надя нажала кнопку на пульте, и я застыла, так и не донеся чашку до рта.
В новостях показывали что-то страшное. Вернее, это мне показалось, что увиденное - практически оживший кошмар. Из высокого, этажей в тридцать, дома вырывались языки пламени.
Внизу стояли несколько пожарных машин, на одной из которых красовалась цифра двадцать три.
- Какое сегодня число? - сдавленно прошептала я, отставляя чашку.
Рука дрогнула, несколько капель напитка пролилось на стеклянную поверхность.
Надя, видимо, не поняла, что стряслось. Свела брови на переносице и смотрела на меня с недоумением.
- Двадцать седьмое… апреля. А что? - спросила она.
Я охнула. Ян сегодня как раз должен был дежурить сутки.
- Ничего… - пролепетала я и, схватив телефон, принялась набирать номер Корнилова.
К пожарной части, где работал Ян, примчалась через полчаса. Всё это время набирала и набирала номер Корнилова, в промежутках просматривала ленту новостей. Размытым взглядом искала информацию о пострадавших и понимала, что схожу с ума.
Не будь этих ужасающих тревог, которые выматывали меня, я бы даже не обратила внимания на новости. Но что-то внутри буквально кричало, что пока я не увижу Яна, сердце моё не успокоится.
- Вы к кому? - спросили на посту, когда я ураганом влетела в часть.
- К Корнилову… - проговорила, задыхаясь и хватаясь за живот. - Яну, - уточнила зачем-то.
- Подождите здесь, сейчас я ему сообщу.
- Угу.
Я прикрыла глаза и отошла в сторонку. Сейчас мой мозг вполне можно было назвать «беременным», ибо как я не сразу осознала, что именно сказал постовой, было уму непостижимо.
«Сейчас я ему сообщу». Это означало, что с Корниловым всё в полном порядке.
Он вышел ко мне сам через пару минут.
