Я стою у перил, вдыхаю ночной воздух. Он колет кожу, будто спрашивает: «Ты всё ещё чувствуешь?» Развевает мои волосы, пощечинами бросает их в лицо. И совсем не может помочь.
- Проклятие, - вырывается из груди со всхлипом, и я сдаюсь.
Возвращаюсь в комнату. Остановившись на миг у кровати, иду дальше.
Без мыслей, без привычной рефлексии, выхожу в коридор. И загибаясь от холода, бегу к комнате Германа.
Как пять лет назад, тихо стучу в дверь. Трясусь, ожидая ответа. А потом, не дождавшись, вхожу и сходу утыкаюсь в горячую мужскую грудь.
Глава 58
Глава 58
Катя
- Пожалуйста, не выгоняй меня, - шепчу в ключицу. – Мне очень страшно из-за отца и Мансурова.
- Из больницы до сих пор не позвонили? – хрипит Герман.
- Час назад. Врач сказал, что нужно ждать.
Робко кладу ладони на сильные мужские плечи и пододвигаюсь еще ближе. Вжимаюсь в Германа всем телом – кожей к коже.
- Мансурова найдут. Никуда он от нас не денется. А с твоим отцом обязательно все будет хорошо.
Слышу сипящий тяжелый вздох.
- Новости обещали только утром.
Встав на носочки, я тянусь губами к губам и замираю в сантиметре от них. Точь-в-точь как в наш первый раз.
- Тогда я тебя не отпущу. – Герман срывается как натянутая пружина.
Сминает ягодицы. С голодным стоном накрывает губы. И подхватывает меня на руки.
- У нас еще никогда не было на кровати... - роняю с нервным смешком. – То на полу, то в туалете, то в лесу...
Кусаю себя за щеку изнутри.
Похоже, от тревоги в черепушке совсем все выгорело. Не узнаю скромную чопорную Катю.
Подменили!
- Исправим?
Герман кладет меня на матрас и накрывает собой сверху."
"- Я не хочу бояться. Хотя бы эту ночь. – Сама тяну вниз его пижамные брюки. Без тремора. Без сомнений. Словно имею на это право.
- Не будешь, - говорит тихо, спокойно. Будто клянется.
- Это ничего не значит. Просто секс. – Сжимаю в ладони крупный налитый член. Мажу большим пальцем по уздечке... и замечаю в темноте, как дергается кадык на горле Германа.
Мой железный холодный мужчина еле держится.
Нет больше никакого льда и никакой сдержанности. Нет маски и равнодушия. Он такой же возбужденный, как в том жутком подвале. Только на этот раз причина не в препаратах.
Герман также до ломки, до боли хочет меня.
- Мы потом поговорим о том, что это. – Он вздрагивает всем телом и склоняется к моему уху: - Хочешь вести?
Не вопрос, а выстрел. В чертову десятку.
После него не остается никаких сомнений. Облизав губы, я киваю. И начинаю быстро сдирать с себя пижаму.
