– Мам, – дёргает меня за руку, – бабушка сказала, что это мой дедушка, – добавляет шепотом, как будто никто, кроме меня, ее больше не слышит.
Я не уверена, что Аня правильно понимает значение слова «дедушка» и сопоставляет его с моим папой. Но я, честное слово, не знаю, что ей сказать.
Папа медленно встаёт, выпрямляется. И переводит на меня прибитый взгляд.
– Дочка…
Это слово полностью вышибает все мое самообладание, слёзы так и хлещут из глаз… безостановочно… я пытаюсь ответить хоть что-то, но не получается.
«Не дочь ты мне больше».
"
"Если открою рот, то начну просто выть и реветь навзрыд. Крепко сжимая губы, пытаюсь хотя бы кивнуть головой, но все мои внутренние ресурсы уходят на то, чтобы заколотить в себе рвущиеся наружу рыдания.
Адам в полном шоке. Он не понимает, что происходит. Не понимает, как реагировать, что предпринять. Самое безобидное, что он может – отвлечь внимание на себя. Что он, собственно говоря, и делает.
– Гиорги, – мой спутник шагает вперёд и протягивает руку. – Приветствую.
Они что, знакомы?!
– Здравствуй, Адам, – прежде чем ответить, папа переводит тяжелый изучающий взгляд с Адама на меня и обратно. Все подмечает, даже сейчас.
В голосе отца появляется прохлада, и улавливаю ее не только я.
Разговор иссякает, и над нами повисает напряжённое молчание. Ни один из нас не знает, что сказать.
– Юля…
Вглядываюсь в чёрточки его лица. Как же я его любила. Мне казалось необъяснимым счастьем, что у меня именно такой папа. Тем больнее было видеть разочарование в его глазах.
Тем больнее было потерять его. И свою вину я чувствую до сих пор. Так же, как и неверие. И нежелание смириться.
Наверное, я жалко выгляжу со стороны. Но ни слова не могу из себя выдавить.
– Как ты, дочка?
Сжимаю пальцы в кулаки, закусываю нижнюю губу.
«Без тебя плохо, пап».
Отец с болью смотрит на мои слёзы. И молчание приходится ему ответом. Мне удаётся только лишь пожать плечами и слабо кивнуть в ответ, все также сдерживая сердечные рыдания.
Адам берет Анечку на руки. А я настолько оказалась не готова к встрече…
– Я девчонок пригласил в ресторан.
Развеяться немного.
Три пары глаз устремляются на говорящего, но Адам нисколько не смущается. Зачем-то он поясняет своё здесь нахождение. Для папы.
Я бы на месте Адама точно смутилась, но мужчине хоть бы что. Ничего и никого не стесняясь, он спокойно у меня уточняет как бы между делом:
– Остаёмся?
Отрицательно мотаю головой: не хочу, не могу остаться, мне нужно срочно хоть немного прийти в себя.
