Очевидно, придя к какому-то загадочному выводу, она сползает с кровати и берет в руки капельницу. Держа его под рукой, она встает рядом со мной.
Я делаю глубокий вдох, затем выдыхаю и хватаю ее за шею. ""Никогда, vita mia"", — шепчу я.
""Тебя осматривал врач?"" — спрашивает она.
""Нет"".
Ее правая бровь поднимается в одну идеальную дугу. ""Почему?""
""Я был занята"".
""Чем занят?""
Убивал ирландцев и бесился. Не то чтобы я планировал говорить ей об этом. ""Неважно.""
Она вздыхает. ""Ты выглядишь ужасно, детка"".
""Я знаю"".
Она кладет ладонь на мою щеку и притягивает меня для поцелуя. ""Давай найдем кого-нибудь, кто осмотрит твою губу. И твой глаз. Твое лицо в полном беспорядке"".
""Хрен с ним, с моим лицом"".
""Могу я обнять тебя?""
""Нет"".
Милен моргает в замешательстве. ""Почему, черт возьми, нет?""
""Я боюсь, что это повредит твою руку"". Мой взгляд опускается на повязку, затем я быстро отвожу глаза и целую ее в лоб. ""Мне невыносимо даже смотреть на нее"".
""Торе…""
""Я был так напуган, Милен"", — снова шепчу я, проводя кончиком пальца по линии ее брови.
""Не думаю, что я когда-либо испытывал что-то подобное раньше. Как будто я прыгнул с обрыва и наблюдал, как земля поднимается навстречу мне, ожидая удара"". Мой палец движется вниз, пока не останавливается на ее нижней губе. ""Из-за тебя у меня будет аневризма"".
Милен прислоняется ко мне, обхватывает мою шею руками и наклоняет голову вверх. ""Поцелуй. Потом объятия"".
Я сужаю глаза, беру ее лицо между ладонями и сильно прижимаюсь губами к ее губам.
Давление в моей груди нарастает, сердце бьется так быстро, что кажется, будто оно может вырваться наружу. Я крепче прижимаю ее к себе, стараясь не задеть ее руку.
""Ты не понимаешь, Милен"", — говорю я ей в рот.
""Конечно, понимаю"". Она улыбается и смотрит прямо мне в глаза. ""Я тоже люблю тебя, Торе"".
Глава 25
6 недель спустя
Дверь с щелчком открывается, а затем с грохотом закрывается.
""Милен!""
Я отпустила занавеску, которую вешала, и повернулась, чтобы увидеть Сальваторе, идущего через гостиную ко мне.
""Стоять на журнальном столике? Серьезно?"" Он обхватывает меня за талию и опускает на пол. ""Ты могла сломать себе шею! Этой штуке двести лет. Она могла рухнуть под тобой"".
Я закатываю глаза.
""Не закатывай на меня глаза. Я серьезно. Из-за тебя я окончательно поседею через год"".
""О, не смей винить меня в своих седых волосах"". Я прижимаю руки к его волосам, прочесывая их пальцами и смакуя момент.
