Грудь Спящего Красавца отозвалась тем же звуком, что и глыба обычного льда.
Фудзий удовлетворенно хмыкнул и опустил руку.
– Ты меня спасла! Еще бы минута и… Он едва не захватил меня врасплох, как в прошлый раз, когда я собирался… не станем ворошить прошлое.
– И чего он к вам привязался? – спросила Таня.
– В самом деле, чего? – усмехнулся Фудзий. – Я такой тихий, мирный, безопасный человечек. Кстати, хочешь загадку? Только что пришло в голову, когда я тут стоял… Чем человек похож на куклу?
– Не знаю.
Разве что внешне, – рассеянно ответила Таня.
Она все никак не могла оторвать взгляда от Спящего Красавца. Ей не верилось, что все кончено. Казалось, Готфрид Бульонский пытается шевельнуться под слоем льда. Еще немного – по льду пройдут трещины, и он, вырвавшись, прыгнет на нее и на Фудзия.
– Неправильный ответ! Человек похож на куклу тем, что, когда игра заканчивается, его точно так же убирают в коробку. А я не хочу, чтоб меня убирали в коробку! Я сам хочу убирать всех в коробку! – сказал Фудзий и засмеялся своей шутке.
Он поднял топор Спящего Красавца и, с опаской посмотрев на лезвие, забросил его подальше в угол.
– Меня давно преследует наваждение, навязчивая мысль, что та жизнь, которой я живу, не настоящая жизнь, а преджизнь, послежизнь, сонная морока… Ненастоящее что-то, временное… – продолжал бормотать он. – Тебя не удивляло никогда, как хорошо человек представляет себе ад? Каждую муку! Все круги – а уж подробности! Волосы встают дыбом! И иголки под ногти, и раскаленная сковорода, и подвешивание на крючьях за язык! А вот рай представляется куда как хуже.
Вечнозеленый пейзажик с цветочками, лев, лижущий ягненка, и ты, гуляющий то ли с белым зонтиком, то ли с белыми крылышками.
Таня озабоченно смотрела на Фудзия, прикидывая, не вселился ли в него вновь безумный Сальери или кто-то из его потусторонних родственников. А если так, то самой ей его не успокоить – надо позвать Сарданапала, Медузию или Поклепа.
Она стала осторожно отступать к колоннам, но не туда, откуда пришла сама, а к той колонне, откуда появился Готфрид. Ей почему-то казалось, что там может обнаружиться более простой ход наверх, чем тот, где она едва не засела навеки в стене. Краем глаза она видела, что у самой колонны, в ее тени лежит что-то длинное, похожее на собаку.
Ее перемещения не укрылись от зорких глаз безумца.
– Погоди! Ты куда? – окликнул ее Фудзий.
– Позову Сарданапала.
