– Что надо – то и делал. У тебя забыл разрешения спросить! – явно нервничая, огрызнулась Гробыня.
Она плюхнулась на кровать, включила на полную громкость зудильник и стала полировать ногти. Тема была исчерпана. Воюющие армии временно откатили свои пушки, свернули знамена и разошлись восвояси.
Уже намного позже, нагнувшись, чтобы что-то достать, Таня заметила, что футляр ее контрабаса выдвинут из-под кровати сильнее, чем она сама всегда это делала. Ей даже показалось, что застежку пытались открыть. Во всяком случае, на ней остались небольшие, но все же заметные бородзки от ногтей.
Теперь Таня поняла, зачем приходил сюда Спящий Красавец.
«Ему нужен футляр! Но почему?» – ломала она себе голову.
А где-то на горизонтах памяти уже маячил ломкой тенью высокий трон с резной готической спинкой.
«И где я спрячу футляр? – продолжала думать Таня. – Хотя… А вот в ангаре у Гоярына, скажем, под его поилкой! А что: роскошное место! Хотела бы я видеть того, кто на глазах у Гоярына попытается перевернуть его поилку! Не говоря уже о том, что Соловей для повышения огнеметности перевел его со ртути на чистый нитроглицерин!»
Так Таня и поступила.
На следующий день после тренировки она незаметно прокралась в ангар. Старый дракон спокойно смотрел, как она осторожно отодвигает его поилку и прячет футляр. Из его ноздрей струйками вырывался дым. Когда Таня вышла, он положил на поилку тяжелую морду, всем своим видом показывая, что никому не советует повторять этот трюк. Впрочем, никто и не пытался.
Кроме Ваньки Валялкина, Кати Лотковой, Тани, Кузи Тузикова и Семь-Пень-Дыра, все предпочитали держаться от дракона в стороне. Даже ангарные джинны без особой нужды не рисковали заходить сюда…
Спустя неделю Спящий Красавец явился в их с Гробыней комнату среди ночи. Не обнаружив футляра, он зарычал, в раздражении сорвал с окна Черные Шторы и удалился…
* * *Тридцать первого августа в Зале Двух Стихий, где только что собралась вся школа, а также баб-ёжки во главе с Матреной Большой, Мертвая Царевна, тридцать три богатыря, кот Баюн и многие-многие другие, внезапно загрохотал сводный оркестр циклопов.
Один за другим в зал входили косматые оркестранты в бараньих шкурах и, двигаясь точно по черте, где прежде, пока цел был волос Древнира, плясала полоса огня, разграничивающая тьму и свет, дули в трубы.
Цепочку циклопов, гулко ударяя в тарелки, замыкали богатыри Усыня, Горыня и Дубыня. Циклопы нервно оглядывались и принимались семенить быстрее.
