Мы приехали, — Рогожин произносит каждое слово с таким необычным для него теплом, что сердце сжимается!
Так… Так он говорил только со мной… Когда — то…
И смотрит на нее так…
С щемящей нежностью и капелькой сожаления.
Так он иногда, правда, редко, смотрел и на меня. Когда ему предстояло уехать по каким-то важным делам в командировку.
Задыхаюсь. Снова вижу прежнего Фила.
Таким он был только со мной!
Для остальных была маска. Непроницаемая. Успешный бизнесмен. Жесткий руководитель. Умелый переговорщик.
Но для меня…
Для меня эта маска открывалась! И за ней я видела именно того, кого до сих пор не могу забыть!
Боже!
А вдруг он понял, что она его дочь? Вдруг узнал? Это же только слепой не заметит!
— Не хочуууу…
Тянет моя малышка, прижимаясь к Рогожину еще сильнее.
— Зачем ты уходишь? Ирррра Олеговна сейчас всем теплое молоко даст. Я и для тебя попрррошу! Ты оставайся. Если надо, я тебя тоже сплячу. У меня под кловатью места хватит на вас двоих!
— Мне пора, малыш, — Рогожин с сожалением качает головой, опуская еще сонную малышку на пол.
Придерживает ее, чтобы удержалась на ногах. Подхватывает этого огромного кота, которого Марточка чуть не роняет.
— А куда? Кто тебя ждет?
Ох же, дети! У них всегда так много вопросов!
Но на самом деле и я тоже очень бы хотела это знать. Так сильно, что вылетает сердце.
Кто еще ждет Рогожина? Так же, как моя малышка, даже не зная, кто он ей на самом деле? И где?
— Вы очень поздно, Филипп Станиславович, — Ира Олеговна деловито подходит к этой парочке.
"
"— Простите, Ирина Олеговна. Увлеклись. Я даже не подозревал, что в детской комнате в вашем городе может быть так интересно! Время пронеслось незаметно!
— И сладости, — радостно сдает моя малышка Рогожина со всеми потрохами. — там столько сладостей! Ну, их много было. Это надолго. Слазу не съешь!
— Марточка!
Ира Олеговна берет малышку за руку. Наклоняется, строго сводя брови.
— Какие сладости? Я ведь говорила.
Не больше одних взбитых сливок!
Теперь она переводит строгий взгляд на Рогожина. Явно понимает, что он не внял ее напутствию.
А я улыбаюсь.
Потому что наша любимая наставница смотрит на него так же, как на каждого нашкодившего сорванца в этом доме!
— Только одни, — разводит руками Рогожин.
По-мальчишески улыбается.
Вот же. Врун!
Можно подумать, я свою хитрюгу не знаю! Даже Маришка украдкой ей всегда покупает еще и шоколадный бисквит. И безе.
