Это чувство похоже на едкую желчь, что, растекаясь в груди, разъедает все на своем пути. Я даже не стала спрашивать, было у них что-нибудь или нет, потому что не хочу знать подробностей.
И общаться с ней тоже больше не хочу, потому что все мои догадки относительно ее ко мне симпатии подтвердились. Я ее интересую только как «родственница» Саши.
********************************
С самого утра понедельника я резонно ожидаю шквал шуток про мое участие в мужском стриптизе. Готовлюсь выдержать испытание с достоинством, но ничего не происходит.
Одногруппники ведут себя так, словно получили коллективную амнезию. О произошедшем в клубе вспоминает только Катя.
- Привет, Даш, я извиниться хотела, - мнется она, виновато улыбаясь.
- За что?
- Дурацкая идея была стриптизеров позвать…
- Ну, да, - киваю согласно, - Кать, говорят, кто-то видео снял, ты не могла бы попросить, чтобы удалили.
Староста делает страшные глаза и поджимает губы.
- Нас уже заставили все удалить, - шепчет в ухо.
- Заставили? Кто?
- Старшекурсники с юрфака.
Покровители твои, да? – спрашивает шутливо, но с опаской в голосе.
Саша? Конечно, потому что, кроме него, некому.
В груди неожиданно теплеет, а настроение становится на градус выше. Что ни говори, а приятно, когда есть тот, кто может решить твои проблемы.
- Знакомые, - отвечаю уклончиво.
- Мне б таких знакомых…
После занятий я ненадолго забегаю на кафедру за материалами социологических исследований в нашем городе за прошлый год для доклада, а затем, перескакивая через две ступеньки, лечу в гардероб за курткой.
Я сегодня работаю, и, если немного опоздаю, знаю, что девчонки прикроют. Но такой возможностью я стараюсь не злоупотреблять. Одеваюсь перед зеркалом и, помахав Лене рукой, выбегаю на улицу. Спустившись с крыльца, пробираюсь сквозь толпу студентов и вижу на стоянке прямо напротив входа Лексус Саши.
Сам он тут же, стоя в компании друзей, возвышается над всеми почти на полголовы.
Стоит мне оказаться на переднем плане, как он тут же меня замечает. Замираем оба.
Глядя друг другу в глаза, будто ведем безмолвный диалог. А не приснилось ли нам все, что произошло накануне. И не жалеем ли о принятых решениях.
А потом губы его вздрагивают в улыбке, а лицо ощутимо расслабляется. Отделившись от компании, он начинает идти в мою сторону.
Я тоже медленно иду навстречу. Греховцев сегодня одет иначе, чем обычно. В строгие черные брюки, классические ботинки, тонкую парку с воротником – стойкой и выглядывающую из-под нее белую рубашку.
