Ох, будущий разбиватель девичьих сердечек…
– Дем, нам уже пора домой…
– Как домой?! – возмущается малыш. – А подарок папе?! Нужно купить обязательно! Я подарю ему его, и папочка будет меня вспоминать, скучать и будет приезжать почаще…
Ксения запрокидывает голову к потолку и тяжело и как-то обреченно вздыхает.
– Сынок…
– Ну, маааам…
Но мальчишка как будто не слышит ее. Упрямый до ужаса. А еще непоседа и шкода. И снова до щемящей боли в груди напоминает мне Рому…
– Ладно, иди, – выдыхает Ксения.
– Только от аквариума ни ногой. И чтобы я тебя видела!
– Конечно, мамочка!
Мы обе прослеживаем взглядом за Демьяном. Синхронно поворачиваем головы друг к другу…
Все вокруг нас замирает. Ставится на паузу.
Схлестываемся взглядами. Снова изучаем друг друга, как бойцы в противоположных углах ринга.
– Откуда вы знаете Рому? – выпаливаю то, что мучает меня столько времени.
Ксения нервно дергает уголком рта. Качает головой и вздергивает брови.
Но первая реакция выдает Реутову с головой – она собирается мне соврать.
– Кого? – надевает маску на лицо, нагло ухмыляясь и скрещивая руки на груди. Злит меня дико. Так, что хочется орать и хорошенько встряхнуть дамочку.
– Романа Львовича Доронина, – терпеливо поясняю. – Моего мужа.
Ксения наигранно усмехается и пожимает плечами, перетаптываясь с ноги на ногу.
– Я не знаю вашего мужа, вы ошиблись и с кем-то перепутали меня.
– Вы врете, – усмехаюсь уже я. Откуда во мне столько смелости и наглости?! – Если вы не знаете, почему так испугались тогда в кабинете?
– Простите, как вас…
– Вероника Сергеевна.
– Так вот, Вероника Сергеевна, – делает шаг вперед, и теперь ее глаза опасно сужаются и буквально швыряют в меня снаряды из злости. – В тот момент я в принципе была напугана ситуацией – у меня ребенок упал и повредил руку. Я думала, что он ее сломал!
– Вы сейчас очень некрасиво врете, Ксения, – теперь пришла моя очередь криво усмехаться.
– Напомню, что ваш сын, посмотрев на фото моего мужа, заявил, что он – его отец!
– Господи…– закатывает глаза. – Вы же с детьми работаете, должны знать, что они те еще фантазеры. Ему показалось, Демьян перепутал.
Теперь я злюсь. Ярость хлещет из меня фонтаном, адреналин лавой несется по венам. Но руки опускаются от бессилия – что-то подсказывает мне, что конкретно здесь и сейчас я не добьюсь от Реутовой ответов.
