Проверяет пристегнулась ли я и только тогда трогается с места.
Прислоняюсь лбом к холодному стеклу и наблюдаю за мелькающими огнями вечерних улиц. В сознание снова врываются воспоминания последнего сегодняшнего приема, сея сомнения и тревогу в душе. Не дает мне покоя этот мальчик…Сердцем чувствую, что тут все не так просто, как кажется моему мужу.
Припарковавшись, мы молча выбираемся из машины. Также молча едем в лифте. Но чем ближе к нашему этажу, тем сильнее покалывает низ живота, а воздух накаляется. Слегка поворачиваю голову и сталкиваюсь с полыхающими адским пламенем глазами мужа.
Они обещают многое.
Рома открывает дверь в квартиру и пропускает меня вперед. Тянусь к выключателю, но муж не позволяет мне этого сделать. Перехватывает пальцы и толкает спиной к стене."
"– Ника, – протяжно выдыхает мое имя, скользя носом по щеке. – Что ты со мной творишь?..
Его руки уже блуждают по моему телу, поглаживая, сжимая. Скользят по плечам, сбрасывая на пол пальто. Его отправляется туда же.
Рома целует голодно, жадно.
Так, что я завожусь с пол-оборота. Упирается лбом в мой лоб, тяжело дышит. Толкается бедрами, упираясь кое-чем идеально – твердым.
– И вот так с того момента, как увидел тебя в этом охрененном платье. И так каждый день, стоит вспомнить, какая у меня жена. Работать нормально не могу. Девять, мать его, лет, – шепчет, нащупывая молнию на спине. В вязкой тишине ее чирканье звучит как выстрел. Рома невесомо касается моих плеч, и платье соскальзывает к ногам.
Глава 8
Вероника
Муж нежно ведет костяшками пальцев по груди, животу и ниже…Желание, замершее в ресторане, разгорается с новой силой, несется по венам и концентрируется внизу живота.
Привстаю на носочки и тянусь к горячим и таким твердым губам мужа. Он встречает меня на полпути и врезается в мой рот, сразу же углубляя поцелуй. Выбивает из меня протяжный стон, и я чувствую, как Рома усмехается. Мои нетерпеливые пальцы расстегивают его рубашку. По крайней мере, пытаются. Когда все-таки мне удается это сделать, она отправляется к моему пальто.
Глажу его плечи, сильные мышцы рук и груди. И снова стону от удовольствия.
Пульс трепещет, отдавая гулом в ушах. Сердце, кажется, пробьет ребра. Оно рвется к Роме. К мужчине, от которого я без ума столько лет.
Он, похоже, тоже, потому что нетерпеливо рвет на мне белье. Осыпает поцелуями: шею, ключицы, ниже, заставляя меня выгибаться и выкрикивать имя мужа.
– Сними их, – хнычу, как маленькая девочка, когда у меня не получается справиться с ремнем.
