Не получается. Да и стерва эта воспользуется моим отъездом, чтобы…
Разговор заходил на второй круг, и Лика, повторив «целую», просто нажала на кнопку отбоя.
Зевая с риском вывихнуть челюсть, она разделась, умылась, натянула свою пижамку, улеглась в постель, отправила маме эсэмэску, что у нее все хорошо, и тут же уснула. Ей снился сон, внутри которого она тоже спала на своей уютной кровати, заправленной накрахмаленным до хруста бельем. Бабушка признавала только такое постельное белье, накрахмаленное, чуть подсиненное, идеально отглаженное.
Там, во сне, шестнадцатилетнюю Лушу разбудили тихие, словно крадущиеся, шаги. Привстав на локтях, она увидела через открытую дверь деда, который бесшумно, но быстро одевался, причем так, словно собирался на рыбалку. Свет он не включал, видимо не хотел разбудить бабушку. Едва слышно хлопнула дверь, ведущая на крыльцо, и все стихло. Правда, за рыбой, что ли, пошел? Так вроде с вечера не говорил ничего.
Луша откинулась обратно на подушку, намереваясь снова заснуть. Известно же, что предрассветный сон самый сладкий.
Однако заснуть не получалось. Мягкая и уютная постель казалась сделанной из камней, от которых начинали болеть бока. Луша ворочалась, пытаясь найти удобное положение, но оно все не находилось, и она встала, чтобы попить.
Графин с водой стоял в соседней комнате, служившей гостиной и столовой. В нее выходили двери всех спален, и Луша, как давеча дед, старалась идти бесшумно, чтобы не потревожить бабушкин сон. Налив воды в стоящий рядом стеклянный стакан, не граненый, а тоненький, из гладкого стекла, с голубой каемочкой из васильков, Луше они очень нравились, она сделала несколько глотков.
"
"Взгляд ее упал на модные электрические часы, стоящие на телевизоре и светящиеся красными цифрами с мигающими точками между ними. Часы показывали 00:50, и это было странно, потому что время было не предрассветное. На рыбалку в такое время не ходили точно. И куда, спрашивается, отправился дед?
Луша внутри сна испытывала сильную тревогу. Ей отчего-то казалось, что случилось что-то плохое, а если и нет, то вот-вот случится.
На цыпочках вернувшись в свою комнату, она накинула поверх трикотажной ночнушки, в которой спала, ситцевый халат в цветочек, сверху теплую, связанную бабушкой кофту, как была босая, выскочила на крыльцо и побежала в сторону калитки.
Дом за ее спиной был по-прежнему погружен в темноту. Как и дед, Луша не разбудила бабушку, и это было хорошо, потому что внучкину ночную прогулку та бы точно не одобрила.
