Одетая в сиреневый комбензончик, девочка дрыгает ручками и ножками, хлопает глазками, но молчит.
Саша, с надеждой глядя на Олесю, спрашивает:
– А можно мне ее подержать? Я умею.
Олеся тихонько смеется:
– Можно, конечно.
Саша берет на руки ребенка, придерживая головку. Как не страшно– то? Сестра же микроскопическая. Сестра... Это слово в связи со мной кажется неуместным. Я все время был один. В единственном экземпляре. Наследник Владислава Холодова.
Задумавшись, пропускаю момент, когда Саша приближается ко мне.
Не знаю, почему не почувствовал подвоха сразу.
– А кто это у нас здесь? – воркует она с ребенком, – А это старший братик. Страшный старший братик. К кому сейчас пойдет на ручки Есенька?
И даже не осознаю, как Сашка это сделала, но оказываюсь с грудным ребенком на руках. Ужас какой– то!
– Не бойся! – распоряжается вторая Смирнова, – Держи головку. Вот так.
Она поправляет мою руку под головой сестры.
– У младенцев слабые мышцы и держать сами голову она не могут, – объясняет она как ни в чем не бывало, усердно не замечая моего гневного взгляда.
– Ты что делаешь? Зачем мне ее впихнула? А если уроню? – шиплю я на Сашку, чтобы остальные не слышали.
– Не уронишь. Я в тебя верю.
Ребенок начинает шевелиться, а у меня душа в пятки уходит. Так и кажется, что сейчас девочка выскользнет из моих рук. Инстиктивно прижимаю ее ближе. И замираю, охваченный каким– то странным ощущением. Малышка смотрит на меня серьезно. Даже строго. Я таращусь на нее, не зная, что делать дальше. Она хмурится, открывает ротик.
Раздается первый писк. Качаю ее. Так до меня делала Саша. Когда я успел это заметить, сам не знаю.
– Эй, эй, эй. Есь, не вздумай реветь! Ты же умная девочка, да?
Сестра то ли отвлеченная звуком моего голоса, то ли передумав плакать, закрывает ротик. А потом неожиданно зевает.
Ловлю себя на том, что улыбаюсь. Вот я докатился. Уже детей нянчу. Дальше что будет?
Хотя... Протеста не чувствую. Смешная она.
Ко мне подходит Олеся.
– У тебя отлично получается, – слышу я от нее.
– Да, отлично. Но...
– Ладно, давай сюда, – смеется она и забирает дочку.
Фух. Видел бы меня кто– нибудь из друзей. Даже спина мокрая.
Утомленный шумом, хочу побыть один. Но в доме нет такой возможности, поэтому беру машину и долго катаюсь по городу.
В результате попадаю в пригород. Возле одного из домов какое– то столпотворение – много полицейских машин, скорая. Разворачиваюсь, сворачиваю в какой– то переулок, петляю, оказываюсь на небольшой улочке.
