Асура жил рядом со стеной, неподалеку от лавки второго травника: это всё, что я знал о нём и его семье, помимо слухов об ограблении и принадлежности его отца к страже.
Я сидел под кроной невысокого деревца недалеко от места, где должен жить Асура. Рано или поздно он появится здесь, даже не подозревающий, что его собственная мишень следит за ним.
Нет, я не собирался мстить ему или гадить исподтишка, выжидая массивную тушу в тихом месте. В голову пришло кое-что получше.
Если проблему решит один разговор с его родителями, я буду дураком, если не воспользуюсь этим.
Но для этого нужно узнать о его семье больше. Где именно он живёт? Какие у него родители? Скорее всего его отец — капитан стражи — даже не знает, чем занимается сын.
Асура появился один, спустя час после того, как мы расстались. Со своими дружками, судя по всему, он уже распрощался. Не было никаких сомнений, что направляется он в сторону дома, только отчего-то понурый.
Неужели из-за меня так расстроился? Я усмехнулся и из-под тени дерева скользнул в тень малоэтажных домиков.
Потерять из виду такого здоровяка непросто.
Дом Асуры выделялся на фоне соседских: огороженный двухметровым забором из добротных досок — дорогое удовольствие даже для стража.
С земли виднелась лишь серая черепичная крыша, поэтому, когда подросток-переросток скрылся за калиткой, я решился на рискованный шаг.
Взобраться на крышу соседнего дома не составило особого труда: сперва на забор, потом — на черепицу. Я не шумел, а хозяев, похоже, не было дома — я не увидел здесь движения за все время, что сидел у дерева.
За высокой оградой двора Асуры скрывался старый дом из черных бревен. Небольшие окна занавешены плотными шторами, темными и такими грязными, будто их не стирали годами. В саду перед домом из земли торчат несколько иссохших кустов, окружённых вытоптанной землёй. Всё казалось тихим и безжизненным.
Подросток домой не зашел — топтался во дворе. Но вскоре дверь дома резко распахнулась, и из неё вышла женщина. Судя по возрасту — мать Асуры.
Она выглядела измождённой: худое лицо с острыми скулами, тёмные круги под глазами. На её руках были заметны синяки — и свежие, и старые. Она нервно теребила край выцветшего фартука, то и дело оглядываясь по сторонам.
— Асура! — окликнула она парня громким, дрожащим голосом. — Почему ты здесь?
Асура подошёл медленно, ссутулившись. Его обычно надменное лицо выглядело мрачным и уставшим.
— Почему ты пришёл? — закричала мать, её голос сорвался на истеричные нотки.
