— Без паники, — выдал приехавший врач, просматривая результаты клинического анализа моей крови, — инфекции или вирусов точно не вижу, так что, скорее всего, девочка употребила в большом количестве какой-то медикамент, может быть даже банальное рвотное.
— Истомина, ты сдурела, что ли? — чуть ли не заорала на меня Виталина Романовна, тараща глаза так, будто бы страдала от базедовой болезни.
— Похудеть пыталась, — пожала я плечами и вспомнила совет Басова, что пора бы уже научиться врать.
— Что?
— Девочки из моего двора порекомендовали, — развела в стороны дрожащие руки, — они с прошлого года так многие килограммы сбрасывали легко и непринуждённо.
А я просто переборщила с дозой и вот.
— И вот? И вот тебе совет, Истомина — завязывай общаться с этими девочками.
И я тут же покладисто кивнула. А после получила на руки полное освобождение от физкультуры на сегодня и всю будущую неделю, а затем указание отнести его тренеру и идти домой, так как медики заключили, что состояние моё удовлетворительное. Жить буду.
Жить. Ха-ха...
Но я сделала так, как мне велели. На тот момент уже шёл последний урок и, на мою беду, как раз сдвоенный по физической культуре у нашего класса и параллели.
Я незаметной тенью прокралась в зал и оглянулась по сторонам в поисках учителя, но его, увы, нигде не было видно. А в следующий миг я услышала громкий окрик:
— Эй, тифозная!
И тут же баскетбольный мяч угодил мне точнехонько в лицо. В нос. А все девочки прервали игру и рассмеялись, пока я зажимала руками ударенное место и внутренне рыдала в голос.
— Пошла вон отсюда!
— Тупой, жирной корове тут не место!
— Попробуй только и здесь загадить пол, Сифа!
— Мы тебя фейсом вытирать всё заставим!
И лишь Дина Шевченко молча подошла ко мне почти вплотную, подняла с пола оброненный лист с освобождением и тихо мне процедила:
— Беги отсюда, Истомина. Беги пока не поздно...
И я побежала, не замечая, что от удара мячом из носа всё-таки пошла кровь. Что на белую форменную блузку уже закапали алые капли. Что я вновь рыдаю из-за этих жестоких хищников, которые сегодня дважды сорвали с петель дверь в мой внутренний мир.
Натоптали там.
Нагадили.
И ушли, весело улюлюкая.
Получи, Вероника, свою двойную епитимью за неизвестные грехи. Получи, вынеси с честью, отряхнись и стань ещё сильнее. А нет, так значит они победили.
Раскинь руки в стороны и медленно оседай.
На дно...
А дома, за закрытой металлической дверью нашей квартиры никто не обратил внимания на мой внешний вид.
