Запрещенная аппаратура и книжка с уликами конечно же не сыграли бы мне на руку и, вне всякого сомнения, привели бы в бешенство Черепа.
Я не могла поверить в то, что я, девушка с незапятнанной репутацией, сижу в изоляторе, как самая настоящая преступница, и меня подозревают в убийстве своего близкого друга, человека, который мне был всегда очень дорог. И тем не менее это была правда. Горькая, тяжелая и страшная правда. Из разговора следователя я поняла то, что найденный рядом с Русланом пистолет, тот самый, из которого я стреляла, должен пройти баллистическую экспертизу, а эта экспертиза делается достаточно долго, от десяти до сорока дней.
Специальная лаборатория для проведения баллистической экспертизы находится на Петровке, и там очень большие очереди. Правда, есть срочные дела, которые требуют незамедлительной экспертизы, и все же маловероятно, что наш случай подходит для незамедлительной экспертизы, и если это так, то нам придется довольно долго ждать.
Внимательно слушая людей в форме, я отчетливо понимала, что меня никто не собирается выпускать, что мне придется ждать эту злосчастную экспертизу и что из стен изолятора временного содержания меня переведут в следственный изолятор.
"
"А это значит, что меня вряд ли спасет даже самый опытный адвокат, потому что все улики налицо и прокурор обязательно подпишет санкцию на мой арест. Чем больше я сидела на чересчур жесткой скамейке, намертво привинченной к полу металлическими скобами, и смотрела в узкое окно, тем больше не понимала, почему ко мне не приходит адвокат и почему Череп ничего не предпринимает для того, чтобы меня отсюда вызволить.
Я сидела на самом краю скамейки, положив руки на колени, как нашкодившая школьница, и слушала, как громко бьется мое сердце.
А затем произошло то, чего я ждала больше всего. Назвали мою фамилию и повели в другую комнату. В этой комнате сидел Череп и листал какие-то бумаги.
– Сан Саныч, вытащите меня отсюда! – громко крикнула я и, не ожидая от себя ничего подобного, бросилась к нему на шею.
Глава 8
Для того чтобы вызволить меня из изолятора временного содержания, Черепу понадобилось всего пару часов. Все это время я смотрела на него глазами, полными надежды, и не могла не лить слез, которые почему-то сильно раздражали Черепа.
– Прекрати. Мы сейчас вместе отсюда уедем. Только сделай одолжение: не ной, пожалуйста, а то мне прямо муторно становится, ей-богу.
– А вдруг меня отсюда не выпустят?
– Мы уйдем отсюда вместе.
