Сидит, губы поджаты, знаю я это выражение у него. Так он всегда показывал свое недовольство.
– Глеб Евгеньевич, мы хотели бы предложить вам принять участие в разработке газотурбинного двигателя с приводом на сверхзвуковой винт в качестве ведущего конструктора.
– Я утопиями не занимаюсь! Меня сняли с перспективнейшего направления работ и предлагают заняться тем, чего быть не может. Разрушаются винты при превышении линейной скорости законцовок в 343 метра в секунду. Это нам еще в институте говорили.
– То есть, вы не желаете выполнять задание Советского правительства под номером 3951/40.
– Я не понял, это что, не личная инициатива, а государственный заказ? И как вы смогли протолкнуть эту утопию?
Про упрямство Глеба Евгеньевича в МАПе легенды ходили, поэтому с наскока его было не взять! И показывать ему фотографии до подписания им допуска «три нуля» нельзя.
– А как вы думаете, почему законцовки разлетаются в щепки.
– Да какие щепки? Сталь гнется!
– А если ее предварительно согнуть?
– Как это: согнуть?
И я вытащил из стола чертеж В-509А-Д7, уже перечерченный в нашем ОКБ.
Это был ступор. У него зашевелилась левая рука, когда он видел решение, он всегда начинал сжимать и разжимать пальцы левой руки, непроизвольно. Клюнуло! Ой, клюнуло! И я подвинул к нему бланк допуска.
– Это бланк допуска «Особой Важности», ОВ, его предстоит подписать прежде, чем вы получите возможность познакомиться с материалами.
Глеб Евгеньевич на секунду перевел взгляд на бланк, и вернулся глазами к чертежу, правой рукой доставая ручку из кармана. Сбросил пальцем колпачок, и, почти не глядя, подписал бумажку о том, что больше не принадлежит к обычным людям, и все, на что он может рассчитывать, это заседание особого присутствия при Верховном суде СССР на закрытых слушаниях.
– Тогда еще и заявление о переходе в ОКБ НИИ ВВС СССР на должность начальника отдела движения.
Тут душа очень веселого человека, коим был Лозино-Лозинский, не выдержала, и он усмехнулся.
– Что, двигаться будем со скоростью звука?
– И выше, Глеб Евгеньевич.
Я убрал со стола бумаги, подписал заявление, передал ему и попросил его зайти в соседний кабинет к старшему майору Копытцеву.
– После того, как с ним поговорите, подождите меня в приемной.
– Мы так и не познакомились.
– Святослав Сергеевич. Остальное вам объяснит старший майор.
![Обложка книги От винта! [Сборник]](/uploads/posts/images/5/ot-vinta-sbornik.jpg)
