Меня в заблужденье он ввел, и в пикеПрямо из мертвой петли.Он рвет на себя, и нагрузки вдвойне.Эх, тоже мне летчик – ас!..Но снова приходится слушаться мне,И это в последний раз.Я больше не буду покорным, клянусь,Уж лучше лежать в земле.Ну что ж он, не слышит, как бесится пульс,Бензин, моя кровь, на нуле.Терпенью машины бывает предел,И время его истекло.И тот, который во мне сидел,Вдруг ткнулся лицом в стекло.Убит! Наконец-то! Лечу налегке,Последние силы жгу.Но что это?! Что?! Я в глубоком пике.И выйти никак не могу!Досадно, что сам я немного успел,Но пусть повезет другому.
Выходит, и я напоследок спел:«Ми-и-и-р вашему дому!»«Мир вашему дому!»– Славка, слышь… Ты, это, при моих мужиках ее не пой. По-человечески прошу. – сказал прослезившийся генерал Филин. – А щаз, сбацай еще что-нибудь, до слез проняло. Давай!
Ну, спел я, и про «ИЛ», и про «Их – восемь», и про подсолнух, и про испытателей.
– Кто это написал? – спросил Алексей.
– Высоцкий, только ему сейчас три года. Это отголоски войны, а не сама она.
Допелся! Аннушка, горничная, нам закуску принесла, и пепельницы вынести решила. А лицо все заплаканное. Опять кто-нибудь донос напишет. И про штиблеты (кроссовки), и про маечки с надписями на иностранном.
– Так, с лирикой закончили! Александр Иванович, вы не в курсе, в Щелково стекольный завод уже работает или его еще нет.
– А фиг его знает, не интересовался. Леш, ты знаешь?
– Нет, не помню. Хотя постой, что-то со стеклом делают. Для аптек склянки льют.
– Отлично! Мне нужно переговорить с их главным инженером. Фонарь для «Ишака» мы сделали, но мы выдавили его из акрила, плексигласа.
– Ну, прекрасный фонарь получился.
– Через месяц его надо будет менять. Качество у него весьма паршивое, под солнцем он быстро пожелтеет и станет матовым. Мы сделали две формы, которые позволяют выпрессовать такие фонари из закаленного стекла. Причем одна входит в другую, если плекс перевести в метилметаакрилат мономерный, то его можно, при температуре кипящей воды в 100 градусов или чуточку больше, запрессовать между этими стеклами.
После охлаждения мы получим идеальный фонарь. Стекло перестанет колоться и рассыпаться, а плекс перестанет желтеть и царапаться. На плекс с внутренней стороны можно положить нихромовую проволоку, чтобы удалять наледь от дыхания на больших высотах или зимой. В общем, надо бы завтра с ним переговорить.
– Завтра не получится – воскресенье.
– Как воскресенье? Уже?
– Угу.
![Обложка книги От винта! [Сборник]](/uploads/posts/images/5/ot-vinta-sbornik.jpg)
