Развел как лохушку, паскуда недобриллиантовая.
— А важное мероприятие, то есть день рождения вы выдумали?
— Не совсем так. День рождения выдумал, мероприятие — нет. Сегодня футбол, Россия — Германия. А встречаюсь я в баре с друзьями. Так что давай продолжим работать, крошечка моя, в темпе вальса. Но я буду скрашивать твои серые больничные будни, делая тебе иногда приятно, например, вот так, — берет историю болезни со стола и начинает ей обмахивать себя. — Вкусно же?
— На вас нет.
— В тебе говорит обида за Мудаченкова.
Но все пройдет, я разрешаю тебе сделать мне кисло.
— Обязательно.
— Ну все, пошли принимать больного. У него такие тофусы, прям сказка, круче, чем в учебниках.
Тофусы, как и больной, действительно оказались круче, чем с учебника. Классика в живую. Я даже позабыла о своем фиаско, уж очень интересный больной попал к нам в палату. Почувствовала себя даже какой-то окрыленной. Такого нигде не было, ни в больнице при университете, ни у папы в клинике. Да что там, я как одержимая стала фотографировать «шишки», мотивируя свои действия какой-то научно-исследовательской работой по подагре.
И еще какую-то чушь несла больному. Благо тот оказался очень сговорчивым и милым дядечкой, без толики наглости.
К концу рабочего дня я окончательно отпустила утренней инцидент. Но не забыла. Ровно в пять мы закончили рабочий день. Алмазов ушел, если не сказать убежал, первым. Правда встретились мы с ним у ворот больницы.
— Я тут подумал…, — почесывая затылок, слегка улыбаясь произносит Сергей Александрович, шагая вместе со мной.
— Подвезти вас к метро? — интересуюсь скорее больше шутя, но я уж точно никак не ожидала, что он не шутит.
— Было бы неплохо. А еще лучше до бара. Сэкономлю на такси, значит больше куплю гренок в баре. С чесноком и сыром. Вкусные, кстати.
— Рада за ваши гренки, — еще бы понять, когда он серьезно говорит, а когда нет.
— Ну что, подвезешь? У меня для тебя еще подарок, — тычет драным пакетом, от чего на моем лице невольно появляется улыбка.
— Ну давайте попробуем."
"Молча дошли до машины, и также не говоря ни слова, я выехала со стоянки.
— Не хочешь со мной в бар? — неожиданно произносит он, от чего я невольно поворачиваю к нему голову, напрочь позабыв о дороге.
— Конечно же, нет, — резко произношу я, и тут же устремляю взгляд обратно. — Не знаю и знать не хочу, что я вам там говорила, находясь под какой-то дурью, но я не хожу по барам.
