– Но…
– Ничего не знаю, – попятилась Света, – все Шура и Алла Сергеевна придумали, их и ругайте, только…
– Что?
– Мы все залежи распродали, вон девки с ног сбились, народ у нас жадноватый, почуял халяву и ринулся.
Я пошла искать Аллочку, но заместительница словно сквозь землю провалилась. Пришлось обращаться к Шуре:
– Твоя идея?
– Здорово, да? – подпрыгнула на месте девушка. – Во, гляньте, почти все открыточки ускакали. И вам польза, и мне ловко, двух зайцев из одного ствола пристрелили.
– Тебе-то какой профит? – удивилась я.
– Раздаешь товар в дар…
– Ой, не могу, – захихикала Шура, – вы прямо как эти, покупатели долбанутые. Мы за книжечку просим сейчас дороже ровно на стоимость открытки и тут же ее и вручаем. Нет бы людям сообразить, что бесплатно ничего не бывает. Покупают они набор книга плюс открытка и верят, что последняя дуриком им досталась. Ну не цирк ли?
– Вопрос почему такой легкий?
Шура покатилась со смеху:
– А какой еще? Специально придумали, чтобы любой ответил, посложней не надо.
– Ну ты даешь! – только и вымолвила я. – Настоящий бизнесмен.
– Это что! – отмахнулась Шура. – Такую еще шутку придумала, потом расскажу.
Я посмотрела в ее возбужденное, совершенно счастливое лицо. Что ж, одна цель достигнута. Девушка явно довольна и полна творческих планов. Женя Бетон должен быть мне благодарен.
Кусая губы, я встала возле одной из касс. Народ змеился очередью. Ай да Шура! Впрочем, не знаю, имели ли мы право повышать цену на книги. Но если Аллочка в курсе дела…
– Кому на вопрос отвечать? – бойко спросила девчонка лет одиннадцати.
– Мне, – сказала Лиля, раскладывавшая книги в пакеты. – Слушаю тебя, кто написал «Евгения Онегина»?
– Гоголь, – гордо ответила школьница.
Лиля замерла, потом покачала головой:
– Нет.
– Ага, – завопила другая девчонка, в красной шапочке, – дура ты, Ленка, говорила же тебе сто раз. Лермонтов! Лермонтов! А ты – Гоголь! Если хочешь знать, он вообще стихов не писал, только комедию «Горе от ума» состряпал, ну там, где эта, как ее, ну, в общем, влюбилась в парня и с ним в одной комнате ночку провела.
А отец ее взбеленился и повыгонял всех из дома!
Столь вольная трактовка пьесы Грибоедова удивила меня до глубины души, Лиля тоже усмехнулась:
– Ошибочка вышла. Не Лермонтов и не Гоголь. Ступайте в отдел русской поэзии, найдите «Евгения Онегина» и прочтите, кто автор.
– Вы нам приз не дадите, – испугались «литературоведки».
– Дам, только назовите правильную фамилию.
