Видишь ли, мы с Павликом тоже на грудь с большим удовольствием принимаем, не коньяк, он нам не по карману, по водочке ударяем."
"– Это точно, – подхватил Павел, – селедочка, огурчики…
– Во, – поднял вверх палец Соловьев, – под закуску, в хорошей компании, а ты одна хаваешь, да под мануфактуру.
– Это как? – обалдело поинтересовалась я.
– Просто, – сообщил Павлик, – опрокинешь рюмашку и рукав понюхаешь.
– Мой тебе совет, – вещал Соловьев, – брось кирять, а то через два месяца за тобой не только привидения, но и черти гоняться станут.
– Зеленые, – добавил Павел. – Вон у меня сосед, допился до белочки и сиганул с пятого этажа, капец цыпленку.
– И вообще, найди себе нормального мужика, – вещал капитан, – будет полный порядок! Ну, дай слово, что в последний раз назюзюкалась!
Понимая абсурдность происходящего, я кивнула:
– Хорошо, больше никогда.
– Отлично, – обрадовался Соловьев. – Значит, слушай. Мы с Павликом не станем вызов оформлять. Сделаем по-другому. Ну, скажем, ты пошла ночью в туалет и перепутала выключатель с «тревожной» кнопкой.
Бывает такое.
– Сплошняком приключается, – встрял Павел.
– Ну, мы приехали, убедились, что порядок, и назад умелись. Лады?
Я кивнула, чувствуя, как предательски дрожат ноги в коленях. Соловьев понял мое состояние и улыбнулся:
– Да ладно тебе, во всем разобрались. Коньяк это в тебе бродил, в магазине никого.
Мы спустились на первый этаж.
– Делов тебе тут, – покачал головой Павел, – пока все на место поставишь, и утро настанет.
Он наклонился и поднял тяжелый том.
– Динозавры! Классная энциклопедия, у меня дочка давно такую просит, да денег никак не наскребу, дорогая, зараза.
– Возьми, – безнадежно сказала я, – отвези девочке.
– Ну спасибо тебе, – обрадовался милиционер.
– А мне можно эту? – показал Соловьев на издание «Сто лет криминалистики».
– Бери.
Страшно радостные парни прошли сквозь воротца, мигом раздался писк.
– Ну мы прям как воры, – хихикнул Соловьев и велел: – Запирайся, и за работу.
Я задвинула щеколду, зажгла с перепугу везде свет и принялась наводить порядок. Руки машинально выполняли работу, голова отказывалась думать.
Около восьми утра я завершила расстановку книг, потом выгуляла собак, накормила их завтраком и пошла в кабинет привести себя в порядок.
Ровно в десять ко мне влетела Аллочка и запела:
– Ой, Хучик, любименький…
Потом заместительница схватила песика и утащила его к себе. Алла нравилась мне все больше и больше.
