"
"Ужас сковал все мое тело. Господи, что делать? Кажется, в подобных случаях полагается читать «Отче наш», но я, к своему стыду, помню только два слова из этого текста, я вообще никаких молитв не знаю! Ну почему я была такой дурочкой и не слушала бабушку, когда та пыталась меня научить читать «Богородица, дева, радуйся»? Делать-то что? В голове моментально ожили все сведения о привидениях, почерпнутые из приключенческой литературы. Там герои лихо справляются с подобной ситуацией, показав пришельцу крест или начав разбрызгивать вокруг себя святую воду.
Но у меня-то нет ни того, ни другого.
Дрожащими пальцами я ощупала прилавок, на который навалилась в полном изнеможении, нашарила оставленные продавщицами две шариковые ручки, сложила их в виде креста, подняла вверх и сказала:
– Сгинь, пожалуйста!
Но отвратительное существо издало странный хрюкающий звук, подняло другой край накидки, и на свет явилась вторая рука, тоже украшенная перстнем, но на этот раз не с красным, а с зеленым камнем.
– У-у-у, – взвыло привидение и, покачиваясь, пошло на меня, растопырив костлявые ладони.
– У-у-у…
Поверьте, никогда я не носилась с такой скоростью. Сшибая по дороге стеллажи, роняя книги, коробки и невесть откуда взявшиеся палки, я долетела до «тревожной» кнопки и ткнула в пупочку. Сейчас, сейчас сюда явится патруль. Хотя, если рассуждать логично, ну что сумеют сделать парни, вооруженные пистолетами, с призраком? Обычные пули здесь не помогут, вроде восставших из могилы убивают серебряными.
Хотя, кажется, так поступают с вампирами. Трясясь от ужаса, я рвала щеколду, желая выйти на улицу. Наконец огромная железка поддалась.
Я вмиг вынеслась на январский мороз и тут же затряслась. Впрочем, в подобной реакции организма не было ничего удивительного. Градусник показывает минус пятнадцать, а я стою на тротуаре в коротенькой футболке, без нижнего белья и чулок. Более того, на ногах у меня тоненькие домашние тапочки, их называют балетками. Верх из атласа и картонные подметки.
Но ни за какие блага мира я не соглашусь одна войти в магазин.
Буду стоять тут, замерзну, как генерал Карбышев, превращусь в ледяную статую, но порог переступлю только с милиционерами.
Послышался шум мотора, и со стороны Садового кольца вырулил бело-синий «газик», дребезжащий всеми частями. Машина притормозила возле меня, из ее нутра выбрались два мента – один совсем юный, другой примерно сорокалетний.
Старший со вздохом произнес:
– Капитан Соловьев Дмитрий Юрьевич.
