Страсть и шутливость сменяются тем, что мучает его изнутри, и он переключает передачи, его глаза теперь пустые и жесткие.
– Ты так предсказуема, Рэйвен.
– Ну да. – Я запрокидываю голову. – С чего ты взял?
– Ты даже не сопротивлялась, пока я тащил тебя сюда, не отталкивала меня, когда я коснулся тебя – как делала со всеми теми ублюдками из этой школы, когда они дотрагивались до тебя. – Его губы опускаются к моему уху. – Но я знал, что ты мне позволишь. Точно так же, как я знаю, что под этой шелковистой кожей, которую ты носишь как броню, ты притворяешься, что тебе плевать, что думают другие, но это же притворство, правда? Только одно задевает тебя за живое.
Только с этим ты никак не можешь примириться.
– Да, здоровяк? И что это? – Меня бросает в жар от злости – что за сеанс психоанализа?
– То, что все вокруг считают тебя дочерью твоей матери. – Я не успеваю ответить, как Мэддок разворачивает нас. Я почти лежу на нем, а он прижимается спиной к шкафчикам. Его взгляд становится еще более жестоким, голос – еще более резким.
– Сколько раз мне еще придется повторять тебе, Рэйвен? Я не плачу за секс, тем более ты уже так легко отдалась. Если снова попросишь меня об этом, я позабочусь о том, чтобы твою задницу вернули туда, откуда ты приехала. В нашей школе нет места всякой швали.
Я непонимающе хмурюсь, но не успеваю ничего сказать, как в ушах начинает звенеть смех.
Я медленно смотрю по сторонам.
В коридоре толпятся ученики.
Их хохот эхом отскакивает от стен, волнами перекатываясь по длинному коридору.
В висках начинает яростно стучать кровь, злость ослепляет, но, несколько раз моргнув, я беру себя в руки.
Мэддок отталкивает меня, и я, запнувшись, падаю на кучу дерьма на полу. Он глядит на меня с неприязнью.
– Дай мне шанс поймать тебя на том, что ты ищешь клиентов в школе, Белоснежка.
Он с особым выражением смотрит на мои ноги, словно давая понять, что я стою меньше, чем грязный пол под ними, и, нахмурившись, качает головой.
А я не могу дышать.
Я начинаю потеть, моя кожа начинает зудеть, и я не чувствую своих рук.
Мои глаза мечутся от человека к человеку, и каждый отвечает мне презрительным взглядом.
Когда я снова нахожу Мэддока, то вижу не только его, но и двух других, стоящих рядом с ним.
Троица.
Мальчишки из Брейшо-Хай, которые управляют ею."
"Они почувствовали угрозу от моих действий, которые на самом деле помогли им больше, чем навредили, и все же, по их мнению, не сходились с их интересами.
Здесь вы можете жить только по их правилам.
