Так и оказалось: прошло пять минут, десять, а никаких звонков не поступало и в зал суда никого не выводили. Перерыв длился минут сорок, потом наконец повели Матвея. Снова по закрытой конвойной лестнице, прямо в зал.
В зале суда Матвей увидел вчерашнего следователя Николая Остаповича, прокурора и незнакомую тетку, поджарую, сухую, похожую на гончую, со злым лицом и колючими глазами.
– Я ваш адвокат, – заявила она, кивнув Матвею.
– Мне не нужен адвокат, – огрызнулся он.
– По закону положено, без адвоката нельзя.
Хронические заболевания есть?
– Я здоров, ничего у меня нет.
– А если подумать?
Он собрался было соврать, но вспомнил, что решил поглядеть на мир с другой стороны барьера. Значит, все должно быть по-честному, иначе эксперимент не будет считаться чистым.
– Диабет у меня.
– Лекарства принимаете? Таблетки, уколы?
– Таблетки.
– Хорошо.
И чего хорошего?
В этот момент из двери в противоположном конце зала вышла судья, на ходу гася разливающуюся по лицу улыбку. Видно, ей только что рассказали что-то веселое или приятное.
«Человека тут свободы лишают, разрушают его жизнь, а ей смешно. Конечно, ее же не касается, ей все пофиг, чаю с конфетами напилась и пошла дальше судьбы вершить», – пронеслась неприязненная мысль.
Судья положила на стол папку, уселась. Она уже не выглядела веселой. Она выполняла рутинную работу, ей было откровенно скучно. Проверили явку участников.
– Судебное следствие объявляю открытым. Представитель Следственного комитета, слушаю ходатайство.
Грузный Николай Остапович нацепил очки и вперился глазами в бумаги, которые держал в руках. Из всего сказанного Матвей уловил только одно: следствие просит продлить срок задержания. Представитель прокуратуры ходатайство поддержал.
– Представитель защиты, слушаю вас.
– Ваша честь, подзащитный страдает тяжелым хроническим заболеванием, но из-за задержания не смог вовремя представить медицинские документы. Защита ходатайствует об освобождении Очеретина, ранее он не привлекался к уголовной ответственности, имеет место жительства в Москве и постоянное место работы, скрываться от следствия и суда намерения не имеет, – протараторила злая гончая.
– У сторон есть ходатайства? – задала следующий вопрос судья. – Представитель следствия?
– Нет, Ваша честь.
– Прокуратура?
– Нет.
– Защита?
– Ходатайств не имею.
– Переходим к прениям сторон.
Дальше все было быстро и как в тумане, Матвей даже не успел ничего понять.
