Выбор, который каждый делаешь сам, ориентируясь на собственные приоритеты. Не трахать другую бабу – это не подвиг, моя хорошая. Это всего лишь выбор не предавать СВОЮ. Чтобы ни случилось. Как бы не было сложно.
Пока Олеся, зависнув, переваривает услышанное, киваю входящему на кухню Алексею.
– Привет, Лекс, а мы тут завтрак готовить собирались. Ты как на счет того, чтоб присоединиться?
– Помощь нужна?
Ловлю удивление, так похожее на мимику матери, и с улыбкой киваю. Никогда не поздно становиться одной большой и дружной семьей.
– Очень нужна. Чур, ты натираешь на терке сыр. С меня помидоры. А мама, вон, ветчиной занимается.
– ВанькА не хватает. У него отлично получается взбивать яйца.
Глава 38
ОЛЕСЯ
Во время завтрака Роману дважды звонят, но он уверенно смахивает вызовы и продолжает сидеть с нами за столом, обсуждая предстоящие через пару недель Алексею соревнования.
Даже в этом, казалось бы, незначительном событии я различаю его заботу и внимательность. То, насколько хорошо он относится к нам с сыном, открыто демонстрируя наш приоритет.
Помнится, Сергей, всегда вел себя иначе.
Стоило его телефону оживиться, он моментально переключался на него. Неважно, принимал ли в этот момент пищу, гулял с семьей, отмечал праздник в кругу близких. Один звонок, и он абстрагировался от родных, уделяя всё внимание невидимому собеседнику."
"Первое время я просила и уговаривала так не делать, позже дико обижалась, бесилась и ставила условия – всё без толку. Дальше… дальше просто забила.
Мне надоело бесконечно стучать в закрытую дверь, ведь Киров неизменно оставался верен себе.
И вот ситуация с телефоном и мужчиной повторяется. Пусть телефон иной и мужчина тоже, неосознанно я снова напрягаюсь. Ожидаю, что нас с Алешкой опять немного подвинут, попросят подождать, не шуметь, еще что-то…
Нет. Рома уверенно выбирает нас. Даже не сбивается, задавая вопрос о планах на оставшуюся часть субботы.
– Я еду в больницу. К сестре, – отвечаю, ощущая, как ломается голос, а по коже бегут мурашки.
Боже, для меня его внимание в этот момент так значимо, что кажется, будто за спиной расправляются призрачные крылья.
Мы уже закончили с едой. Пока я мыла посуду, мужчины в четыре руки убрали лишнее со стола. И вот теперь просто разговариваем. Или непросто.
– Я еду с тобой.
Голос Зотова звучит ровно, но вот тон… он не предполагает отказа. И пусть мне нравится желание мужчины меня опекать, совесть все же берет свое.
– Не думаю, что это хорошая идея.
