— Сука! — выпалили одновременно братья.
— Мать года, блять. Моя маман нервно в сторонке курит, — хмыкнула Катя. — Она-то меня только бывшему мужу всё сватает…
* * *"
"Когда Катя и Вадим остались наедине, она спросила:
— Ты, наверное, злишься, что я вроде как твоим имуществом распоряжаюсь? Я потом что-нибудь придумаю, пока не до этого. Если ты против, я придумаю что-то прямо сейчас.
— Нет, не против, и это не моё имущество.
— Пока не твоё, в пятницу огласят последнюю волю Игоря, — вздохнула Катя. — Знаешь, Вадим, ты был прав, тогда с Лялечкой, когда сказал, что я сама взвалила эту ношу на себя, я ещё кучу всего на себя взвалила, а теперь вот думаю зачем я это сделала? Кто меня просил?
— Совесть? Жалость?
— Юля мне сказала как-то в запале ссоры, была пьяная, что тоже решила за Игоря.
Думала, что он с собой покончит, когда узнает про диагноз бесплодия. Типа так его любила, что не могла без него жить. Благими намерениями, как известно… Я всё чаще думаю, что я уже пришла, куда так стремилась.
Что-то жарковато становится. А тебе как? Зад от чёртового котла не печёт?
— Что? — нахмурился Вадим.
— Какой из сыновей Юли от тебя?
Катя пристально всматривалась в каменное лицо Вадима — его лоб не покрылся испариной, губы не дёрнулись, чтобы тут же высказать оправдания, он лишь тяжело вздохнул, качая головой. Его грешок догнал его устами Юли через одиннадцать лет.
— Никакой.
— Но ты ведь трахнул жену Игоря и она забеременела?
— Да.
— Великан, мне правду из тебя по ложечке цедить?! — повысила голос Катя.
— Выкладывай, Игорю уже всё равно, мне тоже, но хотелось бы знать, что ты за человек.
— Игорь знал. Я ему рассказал, на следующий день после того, как мы переспали. Они уже тогда жили раздельно, — спокойно ответил Вадим. — Я был сильно пьян, она этим воспользовалась, долго искала подходящий момент и нашла. Когда я проснулся утром рядом с ней, я себя возненавидел. С тех пор я не пью. Да, она забеременела. Аборт делать отказалась, когда у нее случился выкидыш, я был очень этому рад.
Я был рад смерти собственного нерожденного ребенка, вот такой я человек, Катя. Довольна?
— Игорь тебя простил?
— Да. Только мне в глаза ему стыдно было смотреть, я захотел уехать. Игорь мне помог встать на ноги в Москве. Мы об этом больше не вспоминали.
— А Юля всё ещё помнит, — усмехнулась Катя, насмешливо глядя на Вадима. — Такой экземпляр в свой семейный генофонд не добавила. Отвези меня, пожалуйста, домой, хочу побыть одна, устала.
