Он положил её поперёк кровати и начал снимать штаны.
— У тебя что на трусиках тоже енот?
— Вадим, ты портишь весь настрой, прекращай всякое болтать.
— Я? Ты не раздевалась, а порчу я?
— Ты всегда будешь во всём виноват, привыкай к серьёзным отношениям с женщиной!
Она лежала перед ним во тьме, голая и доступная, ждала только его. Вадим одним движением снял с себя всю одежду и оставил кучей на полу. Катя села на кровати, а её голова оказалась прямо напротив его члена. Он сглотнул, чтобы смочить пересохшее от возбуждения горло, предполагая, что сейчас он почувствует её острый язычок у себя на члене, но почувствовал лишь горячие ладони, которые легонько касались его пальцами чуть выше коленей.
Катя провела ими вверх до его узких бёдер, затем перешла на живот и дотянулась до груди.
— Иди ко мне, я тебя хочу… — разрезал тишину её шепот.
Вадим сжал кулаки, тяжело вздохнув, он её тоже хотел, очень сильно, его разрывало от желания, и объект этого желания был совсем рядом. Он осторожно опустился на одно колено на кровать, просунул презервативы под подушку, чтобы не потерять, пока для них было не время, ещё нет.
Он наощупь взял её бёдра в свои ладони и устроился между ними, склонившись над ней.
— Признайся, ты меня лапал, пока я с температурой в отрубе спала рядом с тобой?
— Нет, а теперь ты меня спроси.
— Что?! Я тебя лапала?!
— Да, Бесстыжая, лапала, заколебался твою руку из своих трусов вытаскивать, — усмехнулся Вадим. — Теперь делай, что хочешь, разрешаю.
Катя засмеялась и дала себе волю, её руки будто были повсюду, она дотрагивалась нежными прикосновениями, от которых у него бежали мурашки по коже. Вадим нашёл её губы своими и она застонала ему в рот, когда их языки встретились. Он обнял её ладонью за голову, поглаживая большим пальцем гладкую щёчку, боясь потерять её в темноте. Его губы начали спускаться ниже — нежная шейка, где неистово билась артерия, вместе с её сердцем, твёрдые дрожащие ключицы, ямочка между ними.
Когда его язык проник в неё, Катя откинула назад голову, судорожно обхватив его голову, она гладила его по волосам и тихонько постанывала. Он двинулся дальше, путешествуя по тёмной стране его грёз, вот он — маленький твёрдый бугорок, который тут же отправился ему в рот. Катя сжала его обеими руками и будто начала задыхаться, когда он ласкал его языком, никак не отпуская, та же участь постигла второй.
— Не хочу больше ждать… Пожалуйста! — прошептала она.
