"
"Я впиваюсь взглядом в его обнаженный торс и с дрожью выдыхаю. Место, куда он меня ударил, почти в точности совпадает со шрамом на его животе. Сквозь затуманенное зрение я вижу, как он вытягивает руку и наносит еще один удар, зеркально отражая рану на своей груди, заставляя незажившую розу над моим сердцем вновь открыться.
Я попросила его вырезать эту розу на моей коже потому, что хотела ощутить боль, которую мы оба пережили. Когда он наносит мне очередную метку, я понимаю, что он делится со мной болью, принадлежащей только ему.
Жжение в каждой окровавленной полосе неуклонно перерастает в агонию, и я ощущаю каждый его удар в вершине своих бедер. Кровь покрывает мое тело, расписывая плоть мозаикой боли и наслаждения. С каждым замахом мой клитор пульсирует все сильнее, и я становлюсь все более влажной и горячей. Когда он опускает прут, я задыхаюсь, а мои ноги дрожат и грозят подкоситься.
Его грудь вздымается, а облегающие джинсы только подчеркивают, насколько он возбужден.
Из его горла раздается глубокий рык, и его взгляд впивается в произведение искусства, которое он создал на моем теле. Моя кожа – это холст, на который он выплеснул всю свою боль, и я с радостью приняла каждый его гневный росчерк.
– Я всегда хотел только любить тебя. Но кажется, ненавидеть тебя не менее сладостно.
– Пожалуйста, – шепчу я, не в силах произнести что-либо еще.
Через мгновение я оказываюсь в его объятиях, и ремень на моем горле перекрывает мне доступ к кислороду.
Но мне все равно – я почти ничего не замечаю, потому что чувствую только скольжение его кожи по моей. Он поднимает меня на руках, перемещая кожаный ремень вместе со мной, чтобы придать моему телу новое положение. Мои ноги плотно обхватывают его талию, и я трусь бедрами об него, содрогаясь от ощущения его твердого члена, скользящего вдоль моей киски, а шершавость его джинсов лишь усиливает мое удовольствие.
Его руки скользят по отметинам на моем теле, заставляя меня шипеть.
Но его губы быстро пресекают это. Я выгибаю спину, и вверх по моему позвоночнику поднимается блаженство, пока он пожирает меня; его язык обводит стык моих губ, а затем проникает внутрь, исследуя мой рот так же, как его руки исследуют мое тело.
Каждое его прикосновение причиняет боль, но подпитывает растущий огонь, бушующий под моей кожей. Я в отчаянии дергаю его джинсы, и, едва молния расстегивается, его член вырывается наружу.
