И тут я бросаю взгляд на его грудь и вижу то, чего не замечала раньше.
– Что это? – восклицаю я, задохнувшись от потрясения.
Он сворачивает рубашку и отбрасывает ее в сторону, а затем переводит взгляд на меня.
– Напоминание, – коротко отвечает он.
Я пытаюсь сглотнуть, но слова застревают в моем горле, словно черствый хлеб.
– Что ты сделал? – сокрушаюсь я.
Когда я провожу кончиками пальцев по его свежему шраму, он жжет их огнем. Словно он поставил клеймо сам себе и плоть в этом месте до сих пор пылает.
Я вижу жуткую розу на его коже прямо над сердцем, врезающуюся в другой, более старый шрам.
Гребаная роза. Он вырезал на своей груди символ любви ко мне.
– Зачем?
Его взгляд впивается в меня, и в его несочетаемых омутах клубится столько разных эмоций. Сожаление. Стыд. Чувство вины. Ярость. Все они переполняют его, пока он смотрит на меня так, словно я исчезающий мираж и он не знает, как отпустить меня.
– Я же говорил тебе, что не скрываю своих неудач, – мягко произносит он. – То, что случилось с тобой, – мой провал.
И она будет напоминать мне о нем каждый день.
Я качаю головой, не находя слов. Несколько раз я открываю рот, но у меня ничего не выходит.
– Зейд, – наконец выдавливаю я. – Это не твоя вина.
– Может быть, не прямая, но это не освобождает меня от ответственности. Макс продал тебя потому, что между нами были разногласия, и мне следовало убить его, еще когда он только начал доставлять тебе неприятности. Это была моя первая ошибка, и тебя похитили из-за нее.
Он сжимает кулаки, и мышцы на его челюсти напрягаются.
Кажется, они могут лопнуть в любую секунду.
– Второй моей ошибкой, – хрипит он, – было то, что моя защита оказалась недостаточной. Я не могу всегда быть рядом с тобой, мы оба это понимаем, но им удалось забрать тебя слишком легко. Больше я такой ошибки не допущу.
Его рука скользит по прядям моих волос, а затем нежно касается моей шеи.
– Я сожгу весь этот мир, если придется, пока в нем не останется никого, кроме тебя и меня. Пусть все горит вокруг нас, и я с радостью продолжу жить в этом хаосе вместе с тобой, если единственным человеком, который представляет для тебя опасность, буду я.
Стиснув зубы, я вонзаю ноготь в розу. Он шипит, но не останавливает меня.
– Перестань перекладывать вину других людей на себя. Не ты нацепил на меня мишень. Не ты продал меня ради мести и денег. Не ты похитил меня и отвез к работорговцам. Ты нашел меня и спас.
Я сильнее впиваюсь ногтем, и над розой появляется кровавый полумесяц.
