Словно услышав мои мысли, она вырывается, едва не врезаясь в руль в своем стремлении спастись. Ее волосы рассыпаются по лицу, и она смотрит на меня своими огромными, полными паники глазами.
Она напряжена, и струны вот-вот оборвутся.
– Дыма больше нет, – шепчет она и, открыв дверь, выскакивает наружу, исчезая в мгновение ока.
Я стискиваю зубы и сжимаю руку в тугой кулак, находясь в нескольких секундах от того, чтобы запустить его в руль.
Зарычав, почти пинком открываю «мустанг», хватаю окурок и швыряю его в мусорный пакет в машине, а затем захлопываю за собой дверь.
В моих мышцах нарастают напряжение и злость, и разминая шею я мало что могу сделать для их расслабления.
Это может сделать только моя сбежавшая мышка, и в глубине души я надеюсь, что, утратив меня, она страдает от утраты так же сильно, как и я от ее потери.
Глава 29. Охотник
Наклоняю голову в сторону и с недоумением смотрю на бегущего человека.
– Почему он так бежит? – спрашиваю я, искренне переживая, не любитель ли Рик засовывать в себя посторонние предметы.
Может, один из них застрял, потому что, черт возьми, кто вообще так бегает?
– Это… хороший вопрос, – отвечает Джей через мой наушник, звучащий так же озадаченно, как и я. Он наблюдает за неловко бегущим чуваком с помощью своего дрона.
Мы следили за Риком Борманом с тех самых пор, как он сбежал из дома Франчески. Его оказалось нетрудно найти, несмотря на все его старания быть незаметным. Уверен, его маленькую сморщенную душонку задело то, что у него есть миллионы долларов, а он не может свалить на тропический остров со стриптизершами и шлюхами.
Видимо, его мозги еще не настолько пропитались наркотиками, чтобы он перестал понимать, что на его спине висит огромная мишень.
Это один из двух людей, ответственных за похищение моей девушки, и я не могу отнестись к нему легкомысленно.
Я вздыхаю, направляю пистолет и стреляю. Пуля попадает ему точно под колено, и он с резким вскриком падает на бетон.
– Гребаный членосос! – кричит он, и его голос срывается, словно у двенадцатилетнего пацана.
Он даже звучит как ребенок, который только научился материться и делает это через каждое слово, пытаясь быть крутым.
– Ты именно меня хочешь называть членососом, учитывая, что последние четыре года ты только этим и занимался, чтобы выжить? – отвечаю я, вскидывая бровь, приближаясь к нему.
Мы в сыром переулке, везде валяется мусор, рассыпавшийся из мусорных баков.
