Зейд сдвигает брови, его рот открывается, но затем закрывается, а потом он наконец произносит:
– Что именно?
Выдергиваю запястье из его руки, в моей крови бурлит адреналин, а теперь еще и смущение.
– То, что произошло, исключительно драматично, и, если она когда-нибудь узнает, что я такая же, как она, я умру.
Он растерянно моргает, в его инь-янь глазах отражается веселье.
– Прямо-таки умрешь, да?
Я резко киваю:
– Абсолютно несчастной.
Уголок его рта подрагивает.
– Тогда я и не помышлял об этом.
Фыркнув, я еще раз киваю, расправляю рубашку, просто чтобы рукам было чем заняться, кроме как тыкать в людей ножом, а затем поворачиваюсь, открываю ящик стола и достаю оттуда другой нож.
– Хорошо.
Он на мгновение замолкает.
– Хочешь поговорить о покушении на убийство, которое только что произошло?
– Не очень, – отвечаю я, нарезая морковку.
– Но я хочу.
Вздыхаю, кладу нож и разворачиваюсь к нему лицом.
– Зейд, думаю, я лучше расскажу тебе о том, как моя мать пыталась убедить меня четырнадцатилетнюю, что пояса целомудрия – это последний писк моды, но не о том, как я пыталась зарезать тебя.
Он снова молчит.
– Ладно, тут есть что обсудить. С чего начнем?
– Именно, можешь в это поверить? Я сказала ей, что она может также подключить к нему электрический ток, чтобы мне не пришлось долго страдать.
Он поднимает бровь, борясь с улыбкой.
– Да, детка, совсем не драматично.
Я смотрю на него насмешливо.
– Зачем ты пришел? Тебе что-то нужно?
– Только ты, мышонок.
"
"Что б его. Почему он всегда говорит правильные слова? Он прекрасно знает, как мне это нравится, хоть я и не показываю вида.
Я прищуриваюсь, но он продолжает, слегка ухмыляясь:
– Несмотря на то что я нисколько не боюсь Сообщества, сейчас нам нужно сидеть словно утки в камышах, а еще мне нужно уладить несколько вопросов с Джеем. И несколько – с тобой, начиная с того, кто объявил охоту на твою голову.
– Клэр, верно? – уточняю я.
На его лице мелькает удивление.
– Откуда ты узнала?
– Она приходила навестить меня.
Его лицо становится пустым, но это только видимость. Под поверхностью бурлит гнев, прорываясь наружу лишь его жестким тоном.
– Что она сказала?
– В общем-то, она просто оглушила меня известием, что за кулисами все время стояла она. Она приехала, потому что знала, что ты меня ищешь, и со мной нужно было поступить как-то нестандартно, чтобы ты не смог меня отыскать.
Он медленно кивает.
