– Вдруг грянула гроза, и смыло его в сток[11].
Заглядываю в вагон и не вижу ничего, кроме растений, проросших сквозь щели. Может быть, я и забираюсь прямо в свою могилу, но лучше умереть здесь, а не в том доме.
Да, думаю, это неплохое местечко для смерти.
* * *Просыпаюсь от того, что по моей ноге что-то скользит. Меня мгновенно охватывает паника, и я подскакиваю, на кончике моего языка замирает тонкий вскрик.
На какое-то мгновение мне кажется, что я снова в том доме, сижу на теле Сидни с ручкой в руке.
Несколько раз глубоко втягиваю воздух, чтобы унять панику и заставить зрение привыкнуть к окружающему освещению.
Тяжело дыша, опускаю глаза и замечаю, что мои руки все еще в крови. Кровь пропитала мою одежду, она на руках и ногах. Кожа зудит и раздражена, и я почти чувствую, как она отслаивается от меня.
Задыхаясь, замерзая и испытывая дискомфорт, оглядываю внутреннюю обстановку вагона, в котором нахожусь. Сквозь щели пробиваются заросли, здесь грязно и душно, но в остальном – больше ничего нет.
Я оставила люк на крыше приоткрытым, и через него проникает утренний свет, дающий достаточное освещение, чтобы рассмотреть окружающее пространство.
Из моего горла вырывается стон, спина болит от долгого неудобного положения. В этот момент я внезапно замечаю, что в нескольких метрах от меня сидит коричневая белка, обнюхивает землю и внимательно следит за мной.
– Привет, милашка, – шепчу я хриплым со сна голосом.
Цокаю языком и с абсолютным восхищением наблюдаю, как она медленно приближается, пока не оказывается в нескольких сантиметрах от меня.
Пытаюсь ее погладить, но белка отпрыгивает в сторону, и я сдаюсь.
– Как тебя зовут? – шепчу я, улыбаясь, когда она запрыгивает мне на ногу и ее маленькие коготки впиваются в ткань моих штанов.
Несколько минут мы с любопытной белкой наблюдаем друг за другом, и впервые за несколько месяцев я чувствую себя немного легче. Это маленькое существо такое крохотное и незначительное для большинства, но я смотрю на то, как оно чистит свою маленькую мордочку, и у меня на глаза наворачиваются слезы.
Я так долго была окружена живыми трупами, что видеть что-то по-настоящему живое – это потрясение.
Шмыгаю носом, вытирая мокрые дорожки со щек, но на смену им приходят новые.
– Знаешь, моя бабушка любила наблюдать за белками из своего окна, – вслух говорю я. – Так что я буду звать тебя Мэй. Ее день рождения был в мае, и, думаю, ты бы понравилась ей.
Белка стрекочет и ползет по моей ноге к ступне.
