Я будто попал во влажную мечту холостяка.
Гигантское помещение полностью открытой планировки без каких-либо стен и с потолком не менее тридцати метров высотой. Выдержано в коричнево-черных тонах. Справа лестница, ведущая на балкон, который полностью огибает зал с десятком дверей, и черный лифт слева. На верхних четырех этажах тоже разбросаны балкончики поменьше, и я задаюсь вопросом, на кой ляд им вообще все это пространство.
Но подумать только – мне наплевать.
О, а вот это меня, пожалуй, все же интересует – массивное хранилище прямо по курсу, дверь которого выкрашена в черный цвет.
Мое любопытство разгорается. Что же там?
Присвистываю, впечатленный, и, возможно, даже немного завидую их убежищу.
– За человеческие органы так хорошо платят? – удивляюсь я.
– Заткнись, – цедит Кейс, направляясь к одному из черных кожаных диванов, на котором небрежно развалился Дайр без рубашки.
Я невольно оборачиваюсь, когда вижу цепь, намотанную на его руку и ведущую прямо к ошейнику, застегнутому на горле девушки, которая сейчас стоит на коленях у его ног.
Ее сиськи прикрывает только черная лента, а все остальное полностью обнажено. Ее голова опущена, руки аккуратно лежат на бледных бедрах. Лицо закрывает завеса черных волос, и я не могу понять, намеренно или нет.
Думаю, Адди скорее оторвет мне яйца, чем встанет на колени у моих ног. К счастью для нее, я сам с радостью встану на колени перед ней. И поцелую все ее маленькие пальчики. В конце концов мой рот окажется у нее между ног, но не думаю, что она будет возражать.
Дайр ухмыляется, пирсинг над его бровью блестит в свете потрескивающего пламени камина рядом с ним. Он не кажется сколько-нибудь обеспокоенным моим присутствием, хотя это и не стирает искру вызова в его глазах.
Слейд сидит на противоположной стороне, его светлая голова поворачивается, чтобы бросить на меня взгляд поверх спинки дивана.
Так враждебно.
– Я согласился помочь ему, – объявляет Райкер, садясь рядом с Дайром.
Он даже не смотрит на девушку, и я предполагаю, что он уже привык к сексуальным привычкам брата.
– Да? А что он сделает для нас? – спрашивает Слейд, обращаясь к Райкеру, но его темные глаза по-прежнему устремлены на меня.
– О, – произношу я, поднимая палец, чтобы они подождали.
Я оглядываюсь вокруг, пока не нахожу на тумбочке листок бумаги и ручку, пишу на нем буквы Я, В, Д[6] и протягиваю ему.
Он с недоумением смотрит на бумагу и снова поднимает на меня взгляд.
– Во-первых, никогда не пиши на чужом дерьме.
