В 19-ом столетии стандарты устанавливала элита. Не было никаких радио, музыкальных автоматов, фонографов или магнитофонов. Композиторы писали музыку, которая исполнялась в концертных залах. Любитель пива Джо и его жена не ходили на концерты. А люди, которые действительно на них ходили, были более разборчивы, чем люди, которые покупают сегодня грампластинки и аудио-кассеты. Книги покупались той же самой элитой. Рецензенты и критики писали для этой же элиты, а не для масс. Сегодня уровень жизни работяги и любителя пива Джо возрос.
Его рабочая неделя стала намного короче. У него появилось больше времени для отдыха. Он покупает газеты. Он слушает радио. Он даже может время от времени прочитать книгу. У его детей есть кассетные магнитофоны. Его покупательная способность, как класса, намного больше, чем культурной элиты. Так что музыка и книги больше ориентированы на него, чем на элиту. Как вам это объяснение?
– Отчасти вы правы, – ответил Гарри. – То есть даже если бы не было другой причины для падения стандартов, они, вероятно, снизились бы из-за большего количества денег и досуга в распоряжении наименее разборчивых элементов общества.
Но вы слишком высоко оцениваете эффект экономической демократии, а есть и другие причины того, что случилось.
– Вы действительно думаете, что искусство, демонстрируемое сегодня в музеях, так уродливо, только потому, что наш Джо глуп? А жена Джо виновата в том, что писанина, описывающая извращения, в наши дни получает премии в области поэзии? Я уверен, что, если провести опрос, то оказалось бы, что Джо и его жена предпочитают скульптуру Брекера всем этим Пикассо или Генри Мурам.
И ни Джо, ни его жена не покупают так много еврейских романов, чтобы это имело значение для издателей.
– Нет, стандарты, уровень, снизились не одновременно со средним интеллектуальным уровнем потребителей культуры; они были снижены преднамеренно.
– Гарри прав, в некотором смысле, – снова вступила в разговор Аделаида.
– Сегодня элита – те, кто себя считает элитой – одобрит мусор скорее, чем массы. Но они-то думают, что таким образом поддерживают уровень. Это – движение к модернизму, в котором все старые ценности были поставлены с ног на голову. По крайней мере, так обстоит дело в литературе, живописи и скульптуре. В музыке Оскар, вероятно, более близок к истине. Массам нужен ритм, а не серьезная музыка.
