Роскошной, обставленной по самому последнему писку дизайнерской моды жилплощади, от изящества которой рябило в глазах и перехватывало дух.
Дениска, свернувшись клубочком, спал рядом со мной. Чмокнув сыночка в щечку, я подошла к большому, панорамному окну. Отдёрнула шторы, обомлела, забывая, как нужно дышать. Как бизнесмен и говорил, Большаков жил в пентхаусе. Передо мной открылся захватывающий вид на вечерний город, сияющий тысячами ярких огней. Мы находились на самом последнем этаже огромного небоскреба. Судя по всему, время близилось к полуночи.
Осмотревшись, я выбежала в холл, взглядом искала входную дверь. Нашла. Повисла на ней, принялась дергать ручку – заперта, на ней кодовый замок.
– Лилия… – позади послышались осторожные шаги.
Медленно обернулась. Он подошёл ко мне вплотную. Протянул руки… но я интуитивно отступила на шаг назад прижавшись затылком к стене.
– Я… – Не знал с чего начать разговор. – Я получил заключение. – Опускает голову в пол. Ссутулился. В таком немощном положении он выглядел непривычно ущербно.
Даже ростом стал ниже меня.
– Ну и… – Сердце в груди быстро-быстро забилось. – Убедился?
Провёл рукой по волосам. Чуть слышно матернулся. Кирилл был пьян. Мужчину шатало как на волнах, внешний вид оставлял желать лучшего – мятая футболка, мятые штаны. Босой, он стоял передо мной, будто неживой, и мне отчего-то стало жаль этого придурка. Но, я держалась из последних сил. Ибо знала, что он не заслуживает быстрого прощения. Пусть докажет, пусть в ногах поползает. Да, так будет правильно.
– Убедился. Черт… – Жалобно зашипел. Его бледное лицо, изрядно обросшее щетиной, исказилось злостью. И болью. К самому себе.
– Если бы ты только знал… – Прошептала в ответ сдавленным голосом. Глаза защипало от подступающих слёз. – Как я страдала все эти годы… Когда т-ты… – каждое слово давалось с невероятное трудом, – Меня бросил. Нас. С малышом. Твоим ребенком! С-сукин ты сын… – Шаг вперед. Я влепила ему звонкую пощечину. Схватив за шиворот, резко встряхнула. – Ненавижу тебя. Ненавижу! Ты жизнь мне сломал.
Ты столько меня унижал. Насиловал. И опять! В лифте. Заделал мне второго ребёнка!
– Я не знал. Не знал, что способен стать отцом. Врачи говорили… Я сам в этом неоднократно убеждался на практике. – Я держала в руках не мужчину, а настоящую тряпку. Этот кусок дерьма заслужил ещё одну пощёчину. Теперь на его щеках остались два симметричных узора в виде полосок от моих пальцев.
– Бей еще. Сильней. Не жалей. – Кирилл снова подставил мне щеку.
