Чтобы перевезти родных из унылой «дыры» в более-менее нормальную среду. На квартиру долго откладывала. И что? Всё свинье под хвост? Хрен ему. Не сдамся. Глаза выцарапаю, член с яйцами вырву! Если еще хоть раз посмеет ко мне прикоснуться.
Урод! Подонок! Мерзавец!
Проклинала мерзавца всеми проклятиями мира, думая о нём каждую божью минуту. Ох, мама. Я и правда начала думать о Кирилле слишком много. До сумасшедших головных болей, от которых не спасала даже двойная доза спазмолитиков.
Все ведь было практически идеально. Но нет же.
Добро пожаловать в ад, Цветочек. Прежние мучения вернулись.
***
На следующий день я еле-еле заставила себя выйти на работу. Тянула до последнего, практически опоздала к началу рабочего дня. Вот и что теперь делать? Увольняться? Расстроить маму и Дениску заявив им, что нам нужно срочно вернуться обратно? На дно мира?
Ладно, просто попробую не обращать внимание на Большакова. Скорей всего, он снова скоро укатит в свою Америку.
Как обычно, похвастается и исчезнет. Высокомерный сноб.
В первые часы работы меня колотило. Даже пришлось выпить лекарство, дабы успокоить нервы и дрожь в пальцах. Ближе к обеду волнения сошли на нет.
Во время обеда в кафетерии было много народа. Уединившись в самом углу огромного помещения, я всё-таки пригубила свой страх чаем из мелиссы. Есть не хотелось совершенно. Но пришлось. Ради Дениски. Всё ради него.
Дохлебав чай, я собралась было уйти, как вдруг, народ в кафе оживился.
Присутствующие здесь люди, все разом отчего-то уставились на мониторы телевизоров.
Лучше бы я ушла. Или вообще лучше бы отобедала в туалете, закрывшись в одной из кабинок. Перевела взгляд на экран, и былая тревога вернулась.
«Кирилл Большаков, один из самых богатых и известных миллионеров России решился на ЭКО. Не так давно нам стало известно о том, Большаков собирается объявить о помолвке с некой Самандой Паркер, дочкой известного изобретателя, основателя компании «Prime», что занимается робототехникой…» – трещала ведущая новостного канала.
Сотрудники, столпившиеся вокруг мониторов, радостно захлопали в ладоши. А я, ощутив себя ледяной статуей, с жжением в глазах смотрела на кадры, мелькающие в телевизоре. На Большакова. На длинноногую, ухоженную блондинку, с которой он под руку стоял на красной дорожке и улыбался своей королевской улыбкой.
