— Мы сейчас все вместе поедем туда, где нас не будут искать чужие, но найдут свои.
— На Марс? — скептически дергает бровью Лёша."
"— Мы едем ко мне домой. Если папа жив, он приедет за мной туда очень быстро. Там повсюду камеры, они выходят на его мобильный. Мы опустим стальные рольставни, закроем двери. Никто не зайдет, пока мы не откроем дверь. Только папа. В крайнем случае, у нас будет возможность вызвать вневедомственную охрану. У нас есть дома кнопка.
Мужчины переглядываются.
— Окей.
— Это вариант.
Федерико едет с нами, потому что Вишневские в курсе, что увез меня именно он, и я боюсь за него.
Мы едем через центр, мимо офиса отца, я оглядываюсь с тоской на стоянку, там раньше всегда стояла папина машина. Сейчас ее нет. А свет в окнах офиса горит.
Едем мимо того торгового центра, где я наткнулась на Сашу… Мимо нашей с Федерико кафешки…
Это все из другой жизни. И происходило всё с совсем другой Никой.
Мимо парка, где Сашу покалечила собака, которая должна была покалечить меня. От этого сводит грудь.
Я стараюсь сдержать слезы, чтобы не объясняться почему я плачу. Это просто стресс и страх за близких. Глажу спящего Тайсона. Слезы текут, Тара, тыкаясь мордой, облизывает мои щеки.
Показываю куда повернуть, и через пару минут мы оказываемся перед домом. Там, где Саша спас меня. Но тогда мне казалось — похитил. Я застываю, возвращаясь в это мгновение и переживаю его заново. И принимаю образ Саши в тот момент, сливаясь его с Беркутом и моим любимым горячим мужчиной. Ему было в тот момент так же страшно, как и мне.
Просто у него не было выхода. Но испугалась я тогда ужасно…
Выходим из машины. Ребята смотрят на меня с жалостью. Обычно мужчины смотрят на меня иначе.
Оглядываю себя — босая, вся грязная, поцарапанная и порванная. Запахиваю на себе плащ. Наша дверь опечатана полицейской пломбой. Там что-то написано. Я остервенело срываю это все. Приглашаю всех внутрь, ввожу код безопасности.
Как во сне я иду по своему двору. И здесь нет папиной машины. Почему? Она должна была быть здесь.
Он же был дома…
Открываю дверь в дом. Тара, забегая внутрь, начинает обнюхивать холл.
На кухне всё смещено со своих мест. Стулья, стол… Вазы, что стояла на столе — нет. Но я вижу под батареей несколько осколков.
Папа готовил ужин, когда мы разговаривали. Я помню звук бегущей воды и уютного постукивания посуды. Но посуда вся перемыта, и на плите ничего нет. Здесь кто-то прибрал.
Открываю панель и с кнопки опускаю ставни, блокирую дверь.
