На пороге усадьбы встречаю двух сияющих, почти светящихся от эмоций дам — Ольгу Валерьевну и Гюрзу. Видимо, вернулись с экскурсии.
— Как прогулялись, сударыни?
— Ох, Данила Степанович, какой красивый город! — восклицает Ольга Валерьевна, с неподдельным восторгом. — Всё такое настоящее! Старинное, но при этом живое! Я взяла интервью у горожан.
Гюрза согласно улыбается.
Я киваю, бросаю взгляд на тавров, сопровождающих великую княжну и леди-дроу.
— Позже я с радостью послушаю о ваших впечатлениях, Ольга Валерьевна, — бросаю через плечо.
— А сейчас мне нужно поговорить с кое-кем, прошу простить.
— Конечно, Данила Степанович.
Я заваливаюсь в кабинет, даю распоряжение привести пленных. Через пару минут Габриэлла и Архила входят, потрясая браслетами. Сейчас за ними поглядывает Змейка из стены, но когда у нее нет такой возможности или она на задании со мной, то пленников запирают в гостевых покоях.
— Соскучились по нам, король Данила? — Габриэлла разглаживает на груди платье, выделенное ей Лакомкой. Белый шелк соблазнительно струится по телу леди.
— Именно поэтому вы приглашены на мою дуэль с вашим братом, леди Габриэлла. И вы, сир Архил, тоже. Будете присутствовать как мои официальные пленники. Разумеется — с браслетами, но одежду вам подберут любую, какую пожелаете.
Архил подаётся вперёд, вспыхивает, как костёр:
— Я не собираюсь участвовать в этом позорище! Меня туда волоком не затащишь, Филинов!
Я даже не моргаю. Просто спокойно смотрю на него:
— А вас и не спрашивали, сир. Или сами пойдете, или вас туда за ногу притащат.
Он уже готов разразиться тирадой, но Габриэла кладёт руку ему на локоть. Останавливает. Делает шаг вперёд, смотрит на меня с неуверенностью, которая пробивается сквозь броню из гордости и высокомерия.
— Вы… вы правда собираетесь драться с моим братом?
Я пожимаю плечами, хмыкаю:
— Верно, леди.
Она округляет глаза:
— Но зачем?
— Если я одержу победу, то получу Южные угодья.
Архил и Габриэлла с грохотом роняют нижнюю челюсти:
— Южные угодья? Спорные, никому не закреплённые, лакомые куски?
— Ага.
Они переглядываются.
— Ну а если Анегл проиграет, вы останетесь моими пленниками. И мы снова сядем вместе с вашими лордами и начнём думать, что же с вами делать.
Габриэла смотрит с тревогой:
— Вы же уже догадываетесь, что будет на дуэли, — говорит она тихо, почти шёпотом.
Я не меняюсь в лице. Смотрю ей прямо в глаза.
— Я предполагаю, что будут хлопоты, — отвечаю ровным голосом, как будто обсуждаем список покупок.
