— Может, всё же ему помочь? — уточняет Ангел, глядя на бой, где уже хлещут целые фонтаны чёрной и багровой жижи.
— Пусть отвлекает Спрута, — отмахиваюсь я. — Я жду своего Дракона, и тогда быстро разберусь здесь.
— То есть на Принца ты не надеешься? — округляет глаза Габриэлла.
Как раз в это время теневой Спрут явно перехватывает инициативу: с силой опрокидывает Грандбомжа, разрывает десяток его кровавых щупалец, сам Грандбомж, вылетев из своего «кровавого спрута», кувырком уносится куда-то в сторону ближайшего квартала.
Там он теряется среди крыш, оставив за собой вмятины на черепице и каменных парапетах.
Слабоват нынче Грандбомж, конечно. После боя со мной, он ослаб и не мог завалить Спрута, который соответствует багровому уровню угрозы.
Впрочем, Грандбомж точно не убьется. Его бешеная регенерация работает в автоматическом режиме, и, признаюсь, я ни у кого не видел ничего подобного. Даже если пропустить его через мясорубку и разнести на куски, магия, встроенная в его тело, соберёт его обратно по ДНК-коду, словно сложит пазл.
Единственное, что действительно способно его убить, — некротика, и то не всякая, а высококонцентрированная.
Золотой, наконец, подлетает, расправив свои сияющие крылья.
— Что надо, человек? — раздраженно спрашивает по мыслеречи желточешуйчатый. Он в последнее время не в духе из-за своей диеты. Но его никто не заставлял мучаться ради Одарения.
— Давай, жги теневую каракатицу, но не слишком, — командую я, указывая на цель.
— Если спалишь насмерть, будешь мне должен такого же.
Дракон отвечает лишь низким, вибрирующим рёвом и выпускает из пасти широкую полосу пламени. Жар обрушивается на Спрута, заставляя того резко дёрнуться и отпрянуть. Воспользовавшись моментом, я расправляю синие крылья, поднимаюсь в воздух и, зависнув на приличном расстоянии от Лунокрылых, достаю артефактное зеркальце. С земли Ангел и Габриэлла не смогут разглядеть трофейную приблуду.
Мгновение сосредоточения — и я закладываю в Спрута особую «закладку».
Делать это сразу было нельзя: эта тварюха упряма в управлении, даже с магическими примочками. Сперва надо ослабить.
Теперь решаю, куда его запихнуть. Моя собственная тень и так забита под завязку. Настю и Змейку я уже отправил домой, так что выбор невелик. Ну что ж, тогда леди Габриэлла. Всё-таки она до сих пор официально моя пленница, а значит, я могу позволить себе подобное — в пределах разумного.
