"
"Кей не без ухмылочки во взоре посмотрел на меня, и на пару мгновений я даже заподозрила его в умении видеть сквозь одежду.
Еще минут через двадцать из душа вышел и сам хозяин квартиры. Волосы у него были влажные, растрепанные, а на шее и обнаженных плечах до сих пор оставались капельки воды. Он с размаху сел на необычный круглый диван, находившийся в гостиной перед огромным плоским телевизором, и я тут же оказалась около него.
– Ты такой милый после душа, – сонно захихикала я, положив голову ему на колени.
– Смешной, – и, протянув руку вверх, я дотронулась до его светлых прядей.
– Ты хочешь спать? – заглянул он мне в лицо. Глаза у меня действительно слипались.
– Нет, – замотала я головой. Какое спать, если это наши последние часы вместе?!
Мы расположились на диване с бокалами в руках, Антон включил фильм – старую французскую комедию, которую мы почти не смотрели, разговаривая и целуясь, и я сама не заметила, как все-таки стала засыпать.
– Катя? – шепотом позвал меня парень, когда я уже закрыла глаза.
Мне показалось, Тропинин сейчас скажет что-нибудь такое, что заставит мою душу перевернуться или расколоться надвое, но он был в своем репертуаре.
– Мне кажется, у тебя рубашка расстегнулась, – поведал Антон насмешливо. Я тут же нехотя приподнялась и смущенно провела рукой по застегнутым, конечно же, пуговицам.
– Очень умно, – буркнула я, вновь кладя голову ему на плечо. И все-таки его плечо самое удобное в мире. Это я поняла еще тогда, когда впервые побывала с Антоном в кинотеатре.
Он провел ладонью по моим волосам.
– Я действительно хочу доказать тебе, что не так безнадежен, как ты думаешь. Поняла меня?
– Это прозвучало, как обвинение. Днем я была уверена в своем выборе. А сейчас боюсь, – призналась я, слыша, как в окно бьется ставший неистовым ветер.
– Чего? – Кей так еще и не закрыл своих глаз, а все глядел в потолок.
– Того, что я сделала неправильный выбор. Или что меня будут осуждать. Или что я причиню кому-то боль.
Тебе причиню.
Мстить ему не хотелось. Боль за боль – разве в этом смысл любви?
Любовь – это прощение.
– Не думай об этом, Катя. Твоя судьба – это череда только твоих решений, и ты вольна распоряжаться ею так, как ты того желаешь. Это твоя свобода. И это твоя жизнь, – уверенно отозвался Кей. – Всего несколько недель прошло, а я понял одну важную вещь. – И, не дожидаясь, когда я спрошу, что это за вещь, он сказал тихо: – Я приму любой твой выбор.
