– Разобрались? А у вас тут идиллия, – фальшиво улыбнулся нам Кирилл, окинув красноречивым взглядом столик с чайными приборами. – Отец, сын и его девушка.
И тут я поняла – так же, как Антон ревнует мать к брату, Кирилл ревнует к брату отца. Да что же за семья у них такая странная?
В нашей, несмотря на заскоки Томаса, ни я, ни Эдгар, ни Нелли никогда не испытывали подобного. Отец старался уделить нам внимание одинаково. Правда, получалось одинаково мало, но все же никогда не было такого, что кому-то он дарил подарки хуже или улыбался с меньшей теплотой.
В моей голове, если честно, никогда и не возникали вопросы – а кого же сильнее всех из нас троих любит Томас?
– А ты зря с ним связалась, – вновь обратил свое внимание на меня Кирилл. Нет, все-таки пощечину он так и не забыл. – Предатели не меняются. Да, Антошка? – бросил он взгляд, полный отвращения, на брата.
– Да, Кирюша, – в тон ему откликнулся тот. – Ты знаешь об этом все.
– Так как тебя зовут? – не обращал на его слова внимания Кирилл. – Катя, да? Так вот, Катя, а ты не боишься, что мой братик вышвырнет тебя вон? Он часто меняет девочек.
– Заткнись, – посоветовал ему близнец.
– Я верю Антону, – сказала я как можно более твердо.
Ну, по крайней мере, начинаю, но тебе это знать не обязательно, парень.
Кейтон улыбнулся. Кирилла едва ли не перекосило.
– Ему много кто верил."
"– Алина? – напрямую спросила я, отчего-то и сама заводясь. – Он ей – тоже.
– Не стоит говорить о том, чего не знаешь, – не понравилось Кириллу, что я упоминаю имя Лесковой.
– А твоя невеста Дина все знает? О том, как ты славно проводишь время с Алиной? – тотчас спросил Антон. – Как она тебе?
– Захлопни грязную пасть, придурок.
– Ты бесишься, малышка, потому что приходится подбирать за мной?
– Ты ответишь за свои слова.
– Не я один.
Олег Иванович только изумленно смотрел на сыновей. Наверное, они бы и дальше ругались, но он вновь прекратил ссору и опять принялся отчитывать.
– И старайтесь не ссориться, когда я рядом, – объявил он устало в конце концов.
– Изменить свое решение о наследстве я всегда смогу.
– Мне ничего не надо, – в два голоса заявили братья и вновь с ненавистью уставились друг на друга. Они, честно говоря, напоминал мне двух школьников, которые все время что-то не могут поделить. Это было смешно и печально одновременно.
– Раз ничего не надо, – рассердился почему-то Олег Иванович, – я, мать вашу, все деньги отдам государству. Не цените мой труд?
– Да подавись всем! – вспыхнул Кирилл.
