Лежала в ванне, несколько раз подливая себе горячей воды, пока кожа на пальцах не сморщилась. Не отказывала себе в удовольствии, понимая, что еще даже завтрак готовить рано. Встала-то я с петухами.
Может, зря. Но мне вообще ничего не хотелось больше анализировать. Устала я от этого. Страшно устала. Да и что толку ломать голову над тем, что от меня не зависело? Позитивное мышление – наше все. Было же в случившемся и хорошее! Например… Боги, да я в жизни так не кончала. Никогда. И ни с кем. Я даже не знала, что это может быть так, когда по-настоящему по мужику с ума сходишь.
Так я размышляла. И крем в лицо втирала, который мне Покровский купил, посоветовавшись со стилисткой. А потом перестилала постель. Запускала стирку. И под нос напевая, на две сковородки сразу, чтобы побыстрей, пекла блины.
Когда Покровский проснулся, я почти окончательно успокоилась. Обернулась. Он тоже выглядел вполне обычно. Только немного взъерошенно.
– Доброе утро. Ты рано.
– Решила, что сегодня моя очередь стряпать завтрак.
Я старалась, чтобы мой голос звучал максимально приветливо и нейтрально, не очень-то понимая, почему после всего выбрала именно такой стиль общения. Возможно, подсознательно я рассчитывала показать, что это может быть легко. Что между нами не случилось ничего из ряда вон…
– Блины – это хорошо.
Поддержал меня в этом Иван с большим воодушевлением, чем это того стоило, потерев ладони. Открыл холодильник и стал метать на стол все, что могло послужить начинкой.
Масло, слабосоленую семгу. И клубничный джем. Когда кто-то позвонил в домофон.
– Кого принесло? Открою.
Оказалось, к нам отец Алексей заглянул в гости. Сказать, что я удивилась – ничего не сказать. Это было впервые на моей памяти.
– Навестить. И вот… передать, что приход собрал.
Нырнув рукой в складки рясы, выудил пухлый конверт.
– Ну, что вы… Зачем? – растерялась я.
– Вот да, отец Алексей. Что это ты придумал? Разве я не обеспечу девочку всем необходимым?
Отца Алексея в наши края направили сразу после семинарии.
В то время я была совсем ребенком, и бабуля еще таскала меня за собой в церковь. Так что знала я его очень хорошо. Но как Покровский, конечно, тыкать ему не смела.
– Так люди ж от чистого сердца.
– Не выдумывай. Давай лучше за стол садись. Мы как раз собирались завтракать.
– Ох, Мария. Хозяюшка! Повезло тебе, Иван.
– Да мне что? Это Игорю…
Ну… Чего-то такого я и ждала.
