Рада просит меня подойти завтра, а что мне ещё остаётся? Только послушаться.
В храм я прибываю с небольшим опозданием. Но на меня мало кто обращает внимание. Старые девы заняты работой, а Дарины нет на горизонте, что радует.
Лишь Добромир слоняется по главному залу, будто поджидая меня. Надо бы с ним посоветоваться по поводу Радика.
– Лира Анна, – зовёт меня с облегчением Добромир, едва я вхожу. – Я до сих пор молюсь Морене за тех, кто пострадал вчера на фабрике. Мне сказали, что вы в порядке, но я всё равно почти не спал ночью.
– Всё обошлось, по крайней мере со мной, – успокаиваю его я, а затем подхожу ближе и говорю уже тише: – Но Дарина пыталась выставить меня лгуньей.
Я коротко описываю произошедшее, опуская некоторые подробности разговора с Рагнаром.
– Вы точно уверены, что не пострадали? У вас плохой вид, уж простите за прямоту.
Ещё бы… день вчера был безумный, и спала я всего несколько часов.
– Точно всё хорошо, просто мало спала, – отвечаю я.
– Вы не передумали выдвигаться на пост наставницы, Анна? – Добромир мнёт рукав своей робы длинными бледными пальцами.
– Не передумала, скорее наоборот. Мне кажется, сейчас самый подходящий момент, чтобы что-то изменить.
– Вижу, вы настроены серьёзно, мне придётся смириться и принять это, – грустно улыбается послушник.
– Так и есть. А военачальник Норд в храме?
– Нет, но уже прислал гонца, что скоро заглянет, – лицо старшего послушника становится кислым. – Уж не знаю зачем. Надеюсь, не потому что нашёл ошибки или расхождения в расчётных книгах, я всё перепроверял…
Нет, тут дело в другом.
Опять будет мучать меня. Страшно представить, что будет, если сейчас лекарь скажет, что метка настоящая. Я уже не уверена, что хочу, чтобы правда вскрылась. Ведь тогда я буду безраздельно принадлежать Рагнару. Да, он вытащит меня из земель безмужних, но лишь затем, чтобы посадить в другую клетку.
– Вы снова загрустили, лира Анна. У меня есть две прекрасные новости, может они немного приободрят вас, – Добромир щурится от скупого зимнего солнца, падающего из окна на нас.
Прекрасные новости в землях безмужних это нечто – редкое. Я замираю, готовая слушать.
– Вчера ближе к ночи пришёл указ, который нам, работающим в храме, должно разнести по всем землям безмужних, – Добромир улыбается, обводя рукой вокруг себя. – Сегодня отправлю часть старых дев с добрым известием.
– И какой же указ? Не томите, – в нетерпении спрашиваю я.
