Но Зоряна останавливает его одним движением руки.
– Если это правда… – начинает она.
– Подтверждающая бумага будет у меня на руках в течение нескольких дней, – терпеливо отвечает Хаук."
"– … тогда мы должны приостановить работу в цеху, – заканчивает она свою мысль. – Сейчас там идёт ремонт после аварии, но он будет закончен через несколько дней. И мы снова должны будем вернуться к привычной работе.
– Предлагаю не торопиться с оглашением того, о чём я рассказала, – вступаю я в разговор.
– Нам нужно больше сторонников. И нужно обдумать наши дальнейшие шаги.
Согласный ропот служит мне ответом.
– Разработаем план действий, но вы точно больше не будете работать в опасной близости от ядовитого вещества, – твёрдо говорю я. – Совместными действиями мы добьёмся того, что нам улучшат условия труда. И это только начало. Вот увидите, если действовать слажено, мы сможем сделать так, что платить нам станут куда больше. У меня есть план, как это осуществить, но вы должны рискнуть вместе со мной.
Мне нужны ваши голоса. Вы должны завтра пойти в храм и проголосовать за меня.
Повисает молчание, прерываемое лишь тихим треском свечей. За окном воет ветер, уже стемнело. И вдруг Рада подаётся вперёд.
– Анна – избранная богиней, – она прижимает руки к груди в порыве чувств. – Она спасла нас на фабрике. Узнала о вредоносной отраве! Привела лекаря, который будет лечить наших детей! Я отдам голос без колебаний! Богиня на нашей стороне! Она говорит с нами устами Анны!
Внезапно понимаю, что старые девы глядят на меня почти с благоговением.
Они начинают соглашаться, надежда делает их лица светлыми и жизнерадостными. Они подходят ко мне и грубыми натруженными руками жмут мою. Кто-то целует в обе щёки.
У меня на глаза наворачиваются слёзы. Я чувствую себя волнительно-прекрасно. Спрашиваю у каждой имя, пытаюсь запомнить всех.
Быть чьей-то надеждой – это невероятное чувство. Оно согревает меня изнутри, словно теплый яркий свет, пробивающийся сквозь бесконечную тьму последних дней в землях безмужних.
Эти женщины, привыкшие к тяжелому труду и равнодушию окружающих, теперь смотрят на меня с верой. И я так боюсь их разочаровать.
Я сжимаю их руки в ответ, впитывая тепло и силу, что передаётся через эти прикосновения. Их голоса звучат взволнованно, кто-то уже начинает перешёптываться, обсуждая будущее, которого ещё вчера для них не существовало.
