Приветливо улыбнулась и кивнула одной немолодой даме в старинном наряде, которая вышла из стены, пересекла коридор и вошла в другую. Прошла еще несколько шагов по инерции и только тогда осознала: это был призрак. Я только что увидела привидение. Я, Мария Каменева, в своем родном теле. То есть все-таки умение видеть духов — это мое собственное? Не от Мариэллы? Однако…
Тут меня кто-то чуть не сшиб с ног, провернул вокруг оси, в последний момент подхватил, не дав упасть на пол, и поставил на ноги.
— Ох! Приношу глубочайшие извинения, мадам! — приложив руку к груди, поклонился студент.
А я поправила волосы, перекосившийся ворот и ворчливо посетовала:
— Вебер, вы бы лучше так на лекции бежали, чем с них! Не говоря уж о том, что сами прекрасно знаете: вам стоит подтянуть закон сохранения энергии при перегонке… — Тут до меня дошло, что я говорю и кому. И в каком я виде.
Я резко захлопнула рот. А Люсьен Вебер от знакомых интонаций сначала состроил привычное виноватое выражение лица, с которым обычно слушал все мои выговоры по хвостам в учебе, но к тому мигу, когда я оборвала фразу, и он осознал.
Мы застыли, глядя друг другу в глаза, а потом парень оторопело спросил:
— Маэстрина? — Поморгал и добавил: — Да чтоб я сдох! Маэстрина!
— Где⁈ — спросил кто-то за моей спиной.
— Народ! Маэстрина вернулась! — заорал вдруг во все горло Люсьен.
— Вебер, не… — попыталась я дать задний ход и сбежать, но куда там.
Легче было бы остановить цунами, чем студентов.
Вопль пятикурсника пронесся по коридору и его тут же подхватили, и народ начал разворачиваться и двигаться в нашу сторону.
— Люсьен, я прибью вас! — простонала я и заозиралась в поисках путей отступления. — Нас сейчас затопчут!
— Где маэстрина⁈ — раздвигая толпу, словно ледокол, к нам пробирался Жак Диппель. Вот уж этот высоченный и широкоплечий парень легко прошел бы где угодно.
Я нервно обернулась, а четверокурсник уже пробился к нам, причем не рассчитал и немного задел меня локтем, отчего я чуть не улетела в сторону.
— Диппель, вы в своем репертуаре! Зашибете же! — вырвалось у меня, и я прикрыла рот ладошкой. Черт, прямо вот мои интонации, но из другого тела."
"А Жак уже таращился на меня и расплывался в улыбке:
— Да чтоб мне шерстью обрасти! Маэстрина, а почему вы в другом теле?
Я закатила глаза и буркнула:
— Переоделась, к лету масть сменила. Пропустите уже, будьте любезны. Мне к ректору надо.
